ПЕТР САМОЙЛОВИЧ БОЙЦОВ

ПЕТР САМОЙЛОВИЧ БОЙЦОВ

      Признаюсь, что еще года три назад я даже не слышала об архитекторе по фамилии Бойцов. Впервые узнала о его существовании, когда готовила материал о Романе Романовиче Клейне. Тогда я прочитала, что в конкурсе проектов Музея Изящных искусств, который теперь все знают как Музей изобразительных искусств имени Пушкина, одним из победителей стал Петр Бойцов. Строительство было поручено Р. Р. Клейну, который взял проект Бойцова за основу. Ну, победил и победил, строить стал другой архитектор – что ж, бывает. Мало ли какие были для этого причины. А в прошлом году в руки мне попала книга из серии «Великие архитекторы» издательства «Комсомольская правда» с домом-зАмком на обложке. В ней рассказывалось об архитекторе Бойцове. Я полистала книгу, просмотрела иллюстрации и поняла, что должна узнать о нем как можно больше, увидеть то, что он построил в Москве. Узнать и рассказать вам.

     Как оказалось – это была непростая задача. Об этом архитекторе известно очень мало: не сохранились ни архивные записи, ни мемуары, ни личный архив Бойцова. Даже имя в разных источниках приводится разное – то ли Петр Семенович, то ли Петр Соймонович, то ли Петр Самойлович. Последнее имя встречается чаще всего. Не известна точная дата рождения – то ли 1849 год, то ли 1852, то ли 1853. Мало что известно о родителях архитектора. Как пишет М. В. Нащокина (именно она, кстати, автор той книги из серии «Великие архитекторы»), вероятнее всего родился Петр Самойлович в Москве в семье (вероятнее всего) московского военного Самуила Степановича Бойцова и его жены Ольги Андреевны. Похоронены супруги Бойцовы на Ваганьковском кладбище, но со стопроцентной уверенностью утверждать, что это были родители Петра Самойловича, нельзя. По другой версии, место его рождения — Нижний Новгород.

     О семье самого архитектора тоже почти ничего неизвестно. Женился в 1884 году на Аделаиде-Луизе Шмит, дочери (или сестре?) Павла Александровича Шмита, московского мебельного фабриканта. Были ли в этом браке дети не известно.

     О полученном образовании тоже нет единого мнения. Некоторые гиды во время экскурсий называют его талантливым самоучкой, некоторые говорят о том, что он учился в Строгановском училище, но не окончил курса. Нащокина же утверждает, что Бойцов окончил Строгановское училище, и даже приводит выписку из его диплома с отличными оценками. Как бы там ни было, диплом Строгановки предполагал преподавание рисунка, живописи, графики в гимназиях и других учебных заведениях, но не давал возможности заниматься архитектурой. Так что в этом смысле Бойцова, как архитектора, и в правду, можно считать гениальным самоучкой. Расходятся мнения и о его архитектурном творчестве. Многие проекты были осуществлены другими архитекторами, порой даже имя Бойцова не упоминается, потому что Петр Самойлович был неамбициозным человеком, его интересовало только творчество, а не слава мастера.  Больше всего он любил занятие рисовальщика и декоратора, а архитектурные проекты – это скорее хобби талантливого человека. В тоже время М. В. Нащокина пишет о нем, как о чрезвычайно энергичном и упорном человеке, который таки получил свидетельство на проведение строительных работ, с 1880-ых годов стал именовать себя архитектором, а в 1911 году стал членом Московского архитектурного общества.

     Начало трудовой деятельности Бойцова связано с Нижним Новгородом. Здесь он занимался прикладным искусством — создавал мебель, скульптуру, орнаментальную живопись, предметы интерьера. Кстати, мебель Петр Самойлович конструировал и декорировал почти всю жизнь, ведь его тестем (или шурином) был мебельный магнат. Архитектурную деятельность начал также в Нижнем Новгороде, работая помощником нижегородского губернского архитектора Роберта Яковлевича Килевейна.  Но собственных проектов у Бойцова пока нет, занимается он в основном оформлением интерьеров. Именно за оформление внутреннего пространства храма Александра Невского в Нижнем Новгороде Петр Самойлович был награжден орденом Святого Станислава III степени.

     С 1880-ых годов Бойцов успешно работает в Москве. Надо отметить, что кроме Нижнего Новгорода и Москвы, Петр Самойлович создает много архитектурных и декораторских проектов в Киеве и строит усадебные дома в разных губерниях империи.

      Но мы с вами поговорим о наследии Бойцова именно в Москве. Список его работ в нашем городе включает почти двадцать объектов. Но… Но увы, многое из построенного и оформленного Петром Самойловичем не сохранилось. Не берусь судить о причинах этого. Может быть, в этом виноват тот факт, что имя Бойцова после 1917 года было практически забыто. Десять строений из списка московских работ Бойцова снабжены пометкой – «не сохранился». Вот эти здания по списку из интернета.

  1. Особняк московского купца, владельца фабрики федоскинской лаковой миниатюры Николая Александровича Лакутина, построен в 1882 году по адресу Тверская улица, 18.
  2. Особняк купца 1-ой гильдии потомственного почетного гражданина Константина Викторовича Осипова, построен в 1883 году по адресу Большая Ордынка, 60/2.
  3. Доходный дом Дарьи Александровны Беклемишевой (1884, Поварская, 41). Явная ошибка интернета: дома 41 на Поварской нет. Зато есть дом 31, который принадлежал отцу Беклемишевой, Александру Ивановичу Кошелеву, но о нем чуть позже.
  4. Особняк Павла Алесандровича Шмидта, тестя (или шурина?) архитектора. Дом построен 1885 году на Пресне (Дружниковская улица), сгорел во время революционных событий 1905 года вместе с фабрикой и мебельными складами Шмита, что привело к разорению последнего.
  5. Дом владельца колокольно-литейного завода Николая Дмитриевича Финляндского (1889, Домниковская улица, ныне улица Маши Порываевой, 2).
  6. Дом Владимира Григорьевича Сапожникова – совладельца парчово-шёлкоткацкой мануфактуры  (1880-ые, точный адрес не указан).
  7. Дом братьев Ляпиных, суконных фабрикантов и известных московских меценатов (1880-ые, точный адрес не указан).
  8. Особняк Собашниковых (1880-ые, Арбат, 28). Семейство Сабашниковых было обширным и состоятельным, вероятнее всего особняком владели книгоиздатели Михаил Васильевич и Сергей Васильевич Сабашниковы, которые  в 1891 году создали издательскую фирму «Издательство М. и С. Собашниковы».
  9. Дом Колгина (1880 — 1890-ые годы, точный адрес не указан).
  10. Отделка интерьеров дома Надежды Александровны Веригиной (Е. А. Веригина) (1900 год, Большая Никитская, 57/46), которые не сохранились.

     Сам дом Веригиной стоит на углу Большой Никитской и Кудринской площади. Построен он для отставного секунд-майора Алексея Кондратьевича Коптева в начале 19 века в типичном классическом стиле. Особняк перестраивался в 1862 и 1900 годах. Перестройки были проведены архитектором Алексеем Викторовичем Флодиным для Н. А. Веригиной, супруги полковника Евгения Александровича Веригина, тогдашней владелицы дома. Бойцовым же были выполнены новые интерьеры дома. Во втором браке Надежда Александровна стала баронессой Мейендорф. Так что теперь здание носит официальное название «Главный дом городской усадьбы А. К. Коптева – Н. А. Мейендорф». Культурным центром П. И. Чайковского этот дом стал по той причине, что Петр Ильич с сентября 1872 по ноябрь 1873 год снимал в усадьбе квартиру.

  

 

     Я попыталась найти в интернете старые фотографии несохранившихся домов. Найти удалось только фотографию дома Шмита. Вот она.

     Что ж, пока, как говорится, не густо. Но продолжим. Конечно же, надо упомянуть о проекте, который принес Петру Самойловичу золотую медаль в конкурсе проектов Московского музея слепков, ставшего после реализации Музеем изящных искусств имени Александра III. Эту реализацию осуществил Роман Клейн. Об этом говорит мемориальная доска у входа в Пушкинский музей, но мы-то знаем, что за основу была взята работа Бойцова.

      Еще два строения связаны с именем Бойцова, как декоратора интерьеров.

      Петр Самойлович принял участие в оформлении залов исторического музея. Само здание Императорского Российского исторического музея имени Императора Александра III в стиле русской архитектуры 16 века было построено в период с 1871 по 1881 год по проекту Владимира Осиповича Шервуда. Еще пять лет шло оформление залов. Три из них были расписаны по эскизам Петра Самойловича. Проект исторического музея предусматривал  расположение экспонатов по эпохам и местам их происхождения. Соответственно этому должны были быть оформлены и залы.

     Общими работами по оформлению залов исторического музея руководил архитектор Александр Петрович Попов. Бойцовым же были оформлены «Суздальский», «Ростовско-Ярославский» и «Московский» — так назывались залы по первоначальному проекту. Сейчас залы просто обозначаются порядковыми номерами. Расписанные Бойцовым – это залы с 11-ого по 13-ый. Каждый зал имеет в своем декоре элементы места и эпохи, которой посвящена экспозиция. В «Суздальском» зале – это растительные орнаменты Успенского собора во Владимире и слепки белокаменной резьбы Георгиевского собора в Юрьеве-Польском, в «Ростовском» — мотивы росписи стен храмов Ростовского Кремля 17 века, а в «Московском» — детали раннемосковского зодчества.

      К сожалению, фотографировать в музее со вспышкой нельзя. Так что снимки получились плохими. Я настоятельно рекомендую моим читателям побывать в историческом музее, познакомиться с его богатейшими коллекциями, а заодно полюбоваться оформлением залов 11- 13. А пока посмотрите на росписи Суздальского зала…

     

     … Ростово-Ярославского зала…

     и Московского зала.

     Бойцовым выполнена отделка интерьеров особняка Н. В. Игумнова. О самом особняке я уже рассказывала ранее http://www.peshkompomoskve.ru/russian_style-3/. А ознакомиться с внутренним убранством дома весьма проблематично. Сейчас в нем располагается резиденция посла Франции. Теоретически попасть на экскурсию в дом Игумнова и другие исторические особняки, занятые посольствами и представительствами иностранных государств, можно в рамках Дней исторического и культурного наследия на сайте бесплатных экскурсий «Выход в город». Сейчас старый адрес сайта не доступен, а у нового – совсем другой формат. Дни исторического и культурного наследия проводятся в столице с 2001 года. Но все это теоретически. А практически мне ни разу записаться на экскурсию в посольство мне так и не удалось. Так что посмотрим на особняк Игумнова с улицы.

      Тех, кому не посчастливится попасть внутрь особняка, отсылаю к книге о Бойцове из серии «Великие архитекторы». Там вы найдете прекрасные фотографии интерьеров дома Игумнова.

      Наконец-то мы подошли к московским зданиям, в которых Петр Самойлович выступал не только в качестве декоратора и оформителя, но и в качестве архитектора.

     Первый адрес – Поварская, 31. Как и обещала, расскажу об этом доме, хотя отношение к нему Бойцова до конца не ясно. Сам дом был построен в 1851 году на фундаментах здания конца 17 века постройки архитектором Алексеем Александровичем Авдеевым. В 1850—1880 годах домом владел известный общественный деятель и публицист, издатель журналов «Русская беседа» и «Сельское благоустройство», славянофил, богатый откупщик Александр Иванович Кошелев. Кошелев скончался в 1883 году, и дом отошел по наследству его дочери Дарье Александровне, супруге российского государственного деятеля Федора Андреевича Беклемишева. Так что в списке работ Бойцова (доходный дом Дарьи Александровны Беклемишевой, 1884, Поварская, 41) речь, скорее всего, идет об этом доме. От одного из гидов, проводившего экскурсию на Поварской, услышала, что Петр Самойлович выполнил для новой хозяйки перестройку здания, включая новый декор внутренних помещений и фасадов. Не знаю, так ли это. Скорее всего, была перестройка дома и оформление интерьеров Бойцовым, а вот никакого особого декора фасадов у этого дома не заметно. Тем не менее, вот его снимок.

      В советское время здание занимали различные организации и, вероятнее всего, тогда и был утерян декор интерьеров.

     Следующий дом расположен неподалеку, по адресу Поварская, 30-36, строение 3. С середины 18 века владение на Поварской перешло к дворянскому роду Охотниковых. В 1892 году при Владимире Николаевиче Охотникове, который был промышленником, сенатором и членом Государственного совета Российской империи, дом перестраивают по проекту Александра Сергеевича Каминского. Каминский сохранил основной объем здания, но перенес главный акцент фасада на угловую часть здания.

      Получилась своеобразная башня с глухим нижним ярусом, двухколонной лоджией во втором этаже и высоким куполом. П. С. Бойцов принимал участие в разработке проекта реконструкции, им выполнены декоративные элементы фасадов и оформление интерьеров, которые частично сохранились до наших дней. Тот безымянный гид, который рассказывал о доме Кошелева, видимо поклонник творчества Бойцова, утверждал, что Петр Семенович и был автором проекта перестройки, а Каминский был привлечен к проекту только лишь потому, что имел разрешение на проведение строительных работ.

     В начале 20 века дом покупает государственный деятель и дипломат граф Павел Андреевич Шувалов. Здание в справочниках так и называется — дом В. Н. Охотникова — Шуваловых. Какое-то время здание занимал санаторий нервных болезней, а в 1950-е годы он включён в комплекс зданий Государственного музыкально-педагогического института имени Гнесиных.

   

      Еще один усадебный дом, перестроенный и отделанный Бойцовым – Большой Левшинский переулок, 6. Только в отличие от предыдущих зданий, все источники единодушны в том,  в 1880-ых годах дом перестроен именно Петром Самойловичем. Сама усадьба существовала на этом месте с конца 18 века и принадлежала купцу Лодыгину. Главный усадебный дом был построен в 1816 году на фундаментах дома Лодыгина, который пострадал от пожара в 1812 году. Во второй половине 19 века усадьбу то ли приобретает, то ли снимает семья Сабашниковых, о которой я писала раньше. В 1880-ые годы братья Сабашниковы заказывают перестройку и отделку дома Бойцову. Петр Самойлович выполнил перестройку, отделку интерьеров и фасадов здания в стиле эклектики с преобладанием неоклассических элементов. Правда, в 1898 году дом перестраивается еще раз Анатолием Павловичем Вакариным. Что осталось от отделки фасадов, выполненной Бойцовым, а что добавлено, и добавлено ли что-то Вакариным, не известно.

       Сейчас дом занимает Московский комитет Красного Креста. Перед зданием в 2002 году установлен памятник Фритьофу Насену – знаменитому норвежскому полярному исследователю. Памятнику перед домом Московского городского комитета «Красного Креста» Нансен удостоился не как исследователь Арктики, а как лауреат Нобелевской премии мира, в рамках Красного креста, помогавший голодающим Поволжья, а также руководивший комиссией  по репатриации армянских беженцев в советскую Армению.

      Автор памятника — скульптор Владимир Ефимович Цигаль. Памятник передан в дар столице общественными организациями «Общество друзей Норвегии» и «Союз армян России».

 

       Перестройки, декорирование фасадов, оформление интерьеров… Зданий, построенных Бойцовым–архитектором в Москве оказалось совсем немного. Их всего четыре.

      Первым из этих домов является особняк князя Бориса Владимировича Святополк-Четвертинского. Построен он в 1887 году на Поварской, 50/53. Строительство по проекту Бойцова  осуществлял дипломированный архитектор Адольф Гекторович Венсан.

       Хозяин особняка, князь Борис Владимирович Святополк-Четвертинский происходил из древнего дворянского рода, ведшего свое происхождение от Рюрика. Сам князь Борис Владимирович был известным коннозаводчиком, занимался разведением лошадей в своем подмосковном имении Успенское, основал там конный завод. Усадебный дом в Успенском построен также по проекту Бойцова чуть раньше, в 1884 году.

      В Москве для Бориса Владимировича Бойцов спроектировал небольшой городской особняк в стиле французского ренессанса с элементами барочной архитектуры. Первоначально главный фасад дома был контрастным по цвету. Он был отделан тарусским мрамором и кирпичом двух цветов. Необычный стиль особняка сочетал в себе черты французской готики, фламандского и итальянского ренессанса. В оформлении стен использованы приемы французской зАмковой архитектуры времен Генриха IV – рустовка камнем угловых объемов, башенки на крыше, мощные крестовины оконных переплетов, арка проезда во внутренний двор. Главный вход в здание оформлен сводчатой сенью, к которой примыкает чугунная ограда. Ее рисунок из завитков как бы предвосхищает элементы грядущего модерна. Фронтон сени главного входа украшает картуш. Сейчас он закрашен, а Бойцов разместил на нем герб князя. Другие картуши на фасаде украшены растительным орнаментом.

 

     

        Оформление интерьеров было поистине роскошным. Оно сохранилось до нашего времени в практически нетронутом виде. Убранство парадных залов особняка выполнено в готическом стиле, почти все помещения отделаны деревом – панели на стенах, кессонированные потолки, наборный паркет, парадная лестница, мебель — все столярные работы были сделаны по эскизам самого Бойцова. Деревянная резьба отличается тончайшей проработкой каждой детали. В особняке самыми впечатляющими являются огромный парадный зал с высокими окнами и удивительной красоты лестница, ведущая на второй этаж. Лестница украшена резьбой с изображением виноградной лозы, а готические окна — цветными витражами. Стены обтянуты тканями, над лестницей висит большой гобелен. В залах сохраняются камины, некоторые из которых также отделаны деревом.

       Вот так выглядит особняк со двора. Как почти все дома того времени только парадный фасад украшался с использованием разнообразных отделочных материалов. Вид сзади, как правило, значительно проще, а отделка, если она есть, скромнее.

    В конце 1890-х годов наследники князя Святополк-Четвертинского продали дом на Поварской графине Александре Андреевне Олсуфьевой, статс-даме, гофмейстерине великой княгини Елизаветы Федоровны. При Олсуфьевой в декоре интерьеров Бойцовым были сделаны кое-какие изменения. После 1917 года особняк был национализирован, но уцелел от разграбления. Сначала его занял отдел детских учреждений при ВЦИК, а в начале 1930х годов дом был отдан Союзу писателей – здесь разместился Центральный дом литераторов, более известный как ЦДЛ со знаменитым рестораном. В принципе, туда зайти может каждый. Проводятся и экскурсии, правда, не часто https://www.facebook.com/groups/usadby/.

      Когда побываю внутри, обязательно дополню публикацию снимками интерьеров.

     Еще один сохранившийся проект Бойцова – особняк Берга в Денежном переулке, 5. Участок в Денежном переулке в начале 19 века принадлежал графине Екатерине Петровне Зотовой, в середине века его выкупил и построил свой дом писатель Михаил Николаевич Загоскин. А в 1897 году участок был приобретён Сергеем Павловичем Бергом, потомственным уральским горнозаводчиком, инженером по образованию. Сергей Павлович решает построить на участке свой московский дом. Проект выполнил Петр Самойлович Бойцов при участии архитекторов, имевших право на проведение строительных работ Федора Карловича Мельгрена, Алексея Викторовича Флодина и Ивана Аввакумовича Гевенова. Руководил строительством также дипломированный архитектор Капитолин Абрамович Дулин. Особняк выполнен в эклектичном стиле столь гармоничном, что даже не сразу можно заметить смешение разных стилей – готики, классицизма, барокко и модерна. Последний был использован Петром Самойловичем при оформлении интерьеров, в частности разнообразных светильников причудливых форм. Кстати, Берг одним из первых в Москве провел в этот особняк электричество.

       После революции национализированный особняк перешел в ведение Наркомата иностранных дел. Сначала в нем жил посол Германии граф Вильгельм фон Мирбах-Харфф, здесь же он был и убит левым эсэром Яковом Блюмкиным. Позднее в особняке разместился Исполком Коммунистического Интернационала. С 1924 по 1941 годы особняк занимала дипломатическая миссия Италии, во время Великой отечественной войны – посол Японии. После восстановления дипломатических отношений с Италией в особняке снова разместилось итальянское посольство.

      Интерьеры особняка сохранились практически полностью, но, как и в случае с домом Игумнова, увидеть их почти не реально: только по предварительной записи в рамках Дней исторического и культурного наследия на сайте бесплатных экскурсий «Выход в город».

 

   

        В начале 20 века Петр Самойлович строит на Спиридоновке два собственных доходных дома. Первый дом №16 построен в 1902 году. Изначально в нем было три этажа, в советское время его надстроили еще двумя. Декор фасада скромный: рустовка первого этажа, пилястры в оконных проемах второго этажа, изящный тонкий фриз между вторым и третьим этажами, картуши над боковыми окнами второго этажа. В доме располагались недорогие квартиры для сдачи в наем.

     

       Соседний дом №14 построен в 1903 году. Кстати, оба дома построены под руководством архитектора Алексея Викторовича Флодина. Дом №14 совсем другой и по декору фасадов, и по предназначению: фасады оформлены для Москвы очень необычно, а квартиры в этом доме были дорогими.

        Стиль оформления фасадов доходного дома эклектичный, но основной мотив стилизации – романская архитектура. Романский стиль просматривается в оформлении карниза, окон, небольшого бокового эркера, в сочетании кирпичной кладки и оштукатуренных участков стены фасада. А вот рустовка первого этажа скорее напоминает итальянский ренессанс. Аттик здания украшен скульптурной композицией, которая изображает льва, пожирающего дракона, что символизирует победу добра над злом.

  

      Сейчас доходный дом Бойцова занимает Генеральное консульство Греции.

      Больше в Москве никаких строений, связанных с именем Бойцова нет. А что же дом-зАмок, который изображен на обложке книги о П. С. Бойцове в серии «Великие архитекторы»? Оказалось, что это  усадебный дом Надежды Александровны Веригиной-Мейендорф в Подушкино. Сейчас его занимает резиденция президента РФ «Барвиха». Понятно, что для посетителей этот дом-зАмок не доступен. Но мне очень хотелось посмотреть и усадьбу в Подушкино, и, расположенную неподалеку усадьбу Успенское. Тем более, что обе они расположены по Рублево-Успенскому шоссе, а это – почти Москва. В «Магазине путешествий» я нашла экскурсию «Государева дорога (Рублевское шоссе — Ильинское – Барвиха – Уборы — Успенское – Дунино, с музеем-усадьбой писателя Пришвина)». В программе экскурсии были анонсированы Барвиха, замок баронессы Мейендорф и Успенское, замок Сергея Морозова, с пометкой «частичный внешний осмотр». Увы, всех нас, кто поехал на эту экскурсию (а 90% из экскурсантов отправилось на Рублевку именно ради усадеб, построенных Бойцовым), ждало разочарование. Конечно, все мы понимали, что внутрь нас никто не пустит, но надеялись, что организованную группу подвезут в такое место, где усадебный дом будет прекрасно виден или даже разрешат пройти за ограду. Тем более что ни президента, ни премьер-министра там в это время не было. Но наш гид решила иначе. Она нам сказала, что нас туда и близко не подпустят, и предложила взамен малоинтересную прогулку по археологической тропе в Дунино. Справедливости ради хочу сказать, что это была инициатива именно нашего гида. Из разговоров с путешественниками по другим направлениям, я узнала, что другие гиды все-таки дают возможность увидеть усадебный дом через ограду.

     Так что небольшой рассказ об усадьбе баронессы Мейендорф я проиллюстрирую фотографиями из интернета.

      Надежда Александровна, в девичестве Казакова, вторым браком баронесса Мейендорф, получила усадьбу Подушкино в приданное при бракосочетании с полковником Е. А. Веригиным. Давнишней мечтой Надежды Александровны было обустройство своего загородного дома в виде средневекового замка. Неподалеку от Подушкино была усадьба князя Б. В. Святополк-Четвертинского, которую именно Бойцов оформил в виде замка. Так что выбор архитектора был очевиден, тем более что Петр Самойлович оформлял  московский особняк Веригиной-Мейендорф.

      Усадебный дом был построен по проекту Бойцова и под его руководством в 1887 году. В результате получился ассиметричный, многообъемный дом, глядя на который создается впечатление, что построен он много веков назад. Стилизация дома под французский средневековый замок просматривается во всем. Это и остроконечные башни, готические окна, кирпичная кладка стен с нарочито грубоватыми каменными фризами и оформлением углов здания. Главный усадебный дом соединяется с кухонным флигелем крытым переходом с аркой под ним, который напоминает крепостной мост из средних веков. Оформление интерьеров выполнено Петром Самойловичем также в стиле французских замков с использованием большого количества дерева — любимого материала Бойцова-декоратора.

      Со вторым домом-замком повезло немного больше. С 1960 года в усадьбе Успенское располагается отделение центральной клинической больницы Академии наук, и вход на территорию не доступен. Наша гид не сама пошла договариваться о проходе к усадебному дому, а отправила на переговоры с бдительным охранником представителей группы. Он нас не только не пустил, но даже пригрозил разбить наши камеры, если мы будем снимать через забор. Больных академиков надо охранять, словно это атомная электростанция или ракетная пусковая установка!

       К счастью какое-то время были открыты ворота ограды со стороны Успенского храма. Так что мне удалось подойти к дому поближе.

       Но сначала немного истории. Территория усадьбы переходила от одних владельцев к другим на протяжении столетий. Так в 17 веке это была вотчина рода Апраксиных. В 1880-ых годах ее покупает князь Святополк-Четвертинский. Тогда же по проекту Бойцова строится усадебный дом в виде замка. В Успенском, как и в Подушкино, также получается асиметричное здание, состоящее из разновеликих объемов в английском стиле, известном как «викторианская неоготика». Фасады украшают стрельчатые готические окна, рустованные белокаменные углы и бровки окон, разнообразные по форме фронтоны. Слева от главного входа к зданию примыкает гранёная башня, завершённая под шатром как бы зубцами крепостной стены.

   

     

        Святополк-Четвертинский занимался в усадьбе разведением лошадей, но в конце 19 века он продает усадьбу Сергею Тимофеевичу Морозову, младшему брату Саввы Морозова. Он и был владельцем Успенского до 1917 года. После национализации в усадьбе в разное время размещались детский дом, Институт коневодства, средняя школа, военный госпиталь, а затем снова Институт коневодства и Институт леса. Ну а теперь, как говорила раньше, его занимает «стратегический объект» — клиническая больница Академии наук. Для нее рядом с историческим зданием построен современный корпус, который нарушает задуманное Бойцовым единение усадебного дома с аллеями парка. Некоторые из этих аллей сохранились с момента строительства усадьбы.

       Бойцовым было построено еще несколько усадебных комплексов. Привожу здесь их список с моими комментариями. Может быть, кто-то захочет побывать в них.

  1. Усадьба Владимира Храповицкого «Муромцево», Владимирская область, 1884—1895 годы, находится в руинах; храм св. Александры, 1890-ые  и железнодорожная станция Храповицкая, которая полностью разрушена. Муромцево — крупнейшая усадьба России, выстроенная после реформы 1861 года. Экскурсии проводят разные турагенства и достаточно часто, но состояние усадьбы вызывает уныние.
  2. Усадьба А. Г. Щербатова «Васильевское» (Марьина Гора) близ станции Кубинка, Московская область, 1880-ые годы. Ныне Санаторий имени Герцена (Герцен жил здесь до перестройки дома Бойцовым). Экскурсии не проводятся, вход закрыт, но бывалые путешественники на форумах говорят, что можно прикинуться отдыхающими и пройти мимо охраны.
  3. Усадьба С. М. Рукавишникова в селе Подвязье, Нижегородская область, 1880-ыe годы. Состояние построек такое же, как в Муромцеве.
  4. Усадьба Н. А. Терещенко в Кульбаках, Курская область – полностью разрушена.
  5. Усадьба князя Л. Д. Вяземкого в Лотарево,1887 год, Грязинский район, Липецкая область – полностью разрушена.
  6. Усадьба В. П. Ворониной «Тарасково» 1880-ые годы, Каширский район, Московская область – руинирована.
  7. Дом и другие постройки в имении графа М. П. Толстого «Спасское-Трубетчино», 1890 -1900-ые годы, Добровский район, Липецкая область — не сохранились.
  8. Усадебный дом В. А. Пашкова в усадьбе «Ветошкино», 1890-ые годы, Гагиский район, Нижегородская область – руинирован.
  9. Усадебные дома Л. К. Зубалова в имении «Калчуга» («Зубалово»),1890-ые годы, Одинцовский район, Московская область – бывшая дача Сталина, скрыта от посторонних глаз кирпичным забором в два человеческих роста и, разумеется, не доступна для посещений.

      О жизни Петра Самойловича после 1917 года ничего не известно. Впрочем, к этому времени ему было около 65-ти лет – солидный по тем меркам возраст. Вероятнее всего, он не пережил революционного лихолетья. Но дата смерти Бойцова не известна, как и место его захоронения. Нам остается лишь хранить память об этом талантливом человеке, восхищаться его работами и постараться сохранить от полного разрушения те строения, которые сейчас находятся не в лучшем состоянии.

04.03.2018

 

Поделиться в соц. сетях

0

Комментарии

ПЕТР САМОЙЛОВИЧ БОЙЦОВ — 2 комментария

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *