КОЛОМЕНСКОЕ-2. ДВОРЕЦ АЛЕКСЕЯ МИХАЙЛОВИЧА

КОЛОМЕНСКОЕ-2. ДВОРЕЦ АЛЕКСЕЯ МИХАЙЛОВИЧА

     На рубеже прошлого и нынешнего веков в Москве построено много интересных зданий. Не все они вызывают восторг у москвичей, в каких-то случаях обоснованно, в каких-то – просто из чувства противоречия. Это же относится и к восстановленным и реконструированным зданиям. Больше всего, наверное, досталось и достается Царицыно. Не знаю, чем практически руины недостроенного дворца были лучше, но защитники старины и аутентичности называют Царицыно не иначе, как новодел. И бранят почему-то Лужкова за то, что нарушен исторический облик недостроенного дворца. На фейсбуке однажды прочитала такое замечание: «Великие города должны иметь великие руины». На мой взгляд, руины Царицыно – это не те руины, которым Москва могла бы гордиться.

     Критикуют и храм Христа Спасителя. И так как критиковать восстановление храма как такового теперь не в тренде, критике подвергается качество восстановленного храма: не те материалы, не те росписи, барельефы на фасадах сделаны чуть ли не из пластмассы (это были временные конструкции, которые позднее заменили на бронзовые) и уже начинают отваливаться, а в  прессе время от времени появляются сообщения о том, что стены храма покрыты трещинами, так как он постепенно сползает в Москву-реку. Есть и те, кто жалеет о том, что город лишился «прекрасного открытого плавательного бассейна с подогреваемой водой».

      Ругают и восстановленный дворец Алексея Михайловича. Аргументы для критики все те же: построен из бетона, не на историческом месте (я представляю, какой шум подняли эти критики, если бы городские власти, то бишь Лужков, решили восстановить дворец на старых фундаментах внутри Государева двора!), пропорции не выдержаны, да и вообще чертежи, сделанные при Екатерине, фальсифицированы, внутри все бутафорское. Короче, «НОВОДЕЛ». Ужасно не люблю это слово! Ну а так как я на своем сайте пишу только о тех местах, которые мне нравятся, то к критикам воссозданного дворца я не отношусь.

     На этом заканчиваю «лирическое» отступление и предлагаю вам продолжить путешествие по Коломенскому. В этой части моего рассказа мы и познакомимся с дворцом Алексея Михайловича. А начнем путешествие к нему с того места, на котором закончилась первая часть нашего путешествия по музею-заповеднику – Государева двора. Мы минуем Вознесенскую площадь и оправимся к бывшему селу Дьяково. Возможно, название Дьяково или Дьяковское, происходит от дьяка князя Владимира Сепуховского (Храброго), который в начале 15 века управлял окрестными селами и имел здесь двор.

      По пути мы пройдем мимо еще одного сада – Вознесенского.

     С садами была связана основная деятельность жителей Дьяково: в 17 — 19 веках крестьяне Дьяково отказались от пашенного земледелия и стали ухаживать за государевыми садами, разбитыми в Коломенском и на склонах оврагов, окружавших Дьяково.  В Государевых садах росли яблони, груши, вишни, сливы, крыжовник, красная и черная смородина, малина и даже грецкие орехи. На огородах выращивали разнообразные овощи, включая такую экзотику, как шпинат и кресс-салат. Но история Дьяково началась задолго до того, как появились Государевы сады.

      Еще в 19 веке холм в селе Дьяково исследовали археологи и обнаружили древнее городище. Найденные там предметы датируются приблизительно третьим веком до нашей эры. Изучение археологических артефактов из Дьякова привело к тому, что в историко-археологической науке появился термин «дьяковская культура». Племена, жившие здесь, были фино-угорскими, они занимали обширные территории Волго-Окского междуречья. В 11 – 13 веках сюда пришли племена славян. Ну а первое упоминание села Дьяковское относится к 1401 году. Упоминается село в духовной грамоте князя Владимира Андреевича, двоюродного брата Дмитрия Донского, который завещал его своей супруге. С этого времени Дьяково находилось во владении московских княгинь. В 15 веке княгиня Мария Ярославна завещала село своему сыну Ивану III, а со времени правления его внука Ивана IV Дьяково становится царской вотчиной. При Иване Грозном во второй половине 16 века в Дьяково строится сохранившийся до наших дней храм Усекновения главы Иоанна Предтечи. При Алексее Михайловиче в окрестностях Коломенского и Дьяково насаживают обширные государевы сады, и, как я говорила ранее, основной работой жителей села становится садоводство. На старом дьяковском кладбище были найдены надгробья с надписями типа «раб божий Иван государев садовник».

     В 1960 году село вошло в состав Москвы, в 1971 году отнесено к музею-заповеднику Коломенское. Последние жители были переселены в многоэтажки в начале 1990-ых годов, и село как таковое перестало существовать.

      Итак, на пути к восстановленному дворцу Алексея Михайловича нас ждет встреча с храмом Усекновения главы Иоанна Предтечи. Но перед этим нам придется миновать природный памятник – Голосов овраг. Территория вокруг Дьяковского овражистая, а ближе к берегу Москвы-реки – болотистая. Овраги и болота возникли из-за многочисленных природных источников, которые стекая в Москву-реку, промыли в грунте овраги, а на низине образовали заболоченные участки. Места эти всегда считались необычными и загадочными. Чего только стоят названия: Садовнический, Безымянный, Голосов, Попов, Колотушкин, Машинин, Базарихин, Становой, Дьяковский овраги, болота Южный, Средний и Северный Лишняк. Почти каждый овраг и болото имеет свою мистическую легенду. Но больше всего легенд связано с Голосовым (или Велесовым) оврагом. Здесь исчезают запоздавшие путники и вновь материализуются через несколько лет, в тумане на дне оврага часто видят то всадников в шлемах, то монгольских воинов, то еще что-то из давно минувших дней. Маги, экстрасенсы и прочие товарищи считают, что в Голосовом овраге находится место разрыва пространственно-временного континуума.  Интересующихся этой тематикой отсылаю к многочисленным передачам, которыми любит угощать своих зрителей телеканалы ТВ3 и RenTV.

      Я шла к оврагу с некоторой опаской, но ничего сверхъестественного со мной не случилось. Наверху стоят обычные парковые скамьи, в тот осенний день на них лежали яблоки.

       Вполне обычная лестница ведет в овраг и из него.

    В низовьях Голосова оврага, по левому берегу Коломенского ручья мы увидим два прямоугольных пруда – Нижний и Верхний Коломенские пруды.

                              По дну Голосова оврага протекает одноименный ручей, который мирно впадает в Москву-реку. Где-то в верховьях этого ручья лежат древние ледниковые валуны Гусь-камень (Мужской камень) и Девичий камень – места языческого поклонения наших предков. Хотя последние исторические исследования показывают, что почитание этих камней возникло только в 20 веке (!) среди мистически настроенных граждан. Может быть, пролом в пространственно-временном континууме находится где-то рядом с ними? Может временные врата открываются не всегда и не для всех? А может в тот день не было тумана – тиражируемые ТВ3 рассказы о том, что в овраге исчезают люди и появляются древние воины, видимо, основаны на историко-фантастической повести Константина Юрьевича Григорьева «Зеленый туман». Но мне, как большому скептику в таких вопросах, временной портал так и не открылся. Любопытствующие могут прочитать повесть «Зеленый туман» на сайте http://www.proza.ru/

         Поднявшись по лестнице на противоположный склон Голосова оврага, мы окажемся рядом с церковью Усекновения главы Иоанна Предтечи.

     Этот храм по праву можно считать выдающимся памятником русского зодчества. Это единственный, кроме собора Василия Блаженного, сохранившийся до наших дней многостопный храм 16 века.

     Строительство храма велось в период между 1529 и 1580 годами. Он представляет собой симметричную группу из пяти восьмигранных, изолированных друг от друга столпов, которые имеют  самостоятельные входы и алтари. Центральный столп, посвященный Усекновению главы Иоанна Предтечи, по габаритам вдвое больше остальных и выделен с востока алтарной аспидой. Четыре придела, исполненные также в виде столпов, соединены между собой галереями. Одной гранью приделы примыкают центральной части храма. В них были размещены престолы Зачатия праведной Анны, Зачатия Иоанна Предтечи, Двенадцати апостолов и Московских святителей — Петра, Алексия и Ионы. В центре галереи, между двумя маленькими главками, обращёнными на север, расположена двухпролётная  звонница. Ярусы столпов украшены филенками, а к шлемовидным куполам ведут ряды полукруглых и треугольных кокошников. В верхней части центральной части храма над двумя рядами треугольных кокошников возвышается восьмерик, на котором расположен объём из крупных полуцилиндров, увенчанных подобием антаблемента. Благодаря связующей роли галерей и единству декора, многоярусный храм, состоящий из близко поставленных уменьшающихся кверху восьмериков, воспринимается как единый мощный монолит.

      В советское время храм был закрыт, богослужения в нем велись непродолжительное время после войны. С присоединением села Дьяково к Москве храм снова был закрыт и стал разрушаться. Церковь была вновь освящена в 1992 году, в настоящее время проводятся регулярные богослужения. Уже в 21 веке проведена его реставрация.

      Церковь и место, где когда-то было дьяковское кладбище огорожено чугунной оградой с кирпичными входными воротами.

      А мы отправимся дальше, мимо Дьяковского яблоневого сада. На окраине сада установлен деревянный поклонный крест. С одной стороны вырезана надпись «Поклонитесь древней земле предков наших, помяните их в мыслях своих», с другой — «Село Дьяково основано в 1237 году». Откуда взялась эта дата – не известно.

    Еще несколько метров вдоль сада – и перед нами восстановленный дворец Алексея Михайловича.

    Считается, что великокняжеские хоромы или, говоря современным языком, дворцы существовали в Коломенском со времен Василия III. Царь Алексей Михайлович увлекался охотой и регулярно посещал подмосковные сёла, в том числе приезжал в Коломенский дворец. В 1649 он выстроил в Коломенском новые хоромы, а в 1657 были пристроены еще одни хоромы по случаю рождения детей в царской семье.

                      В 1666 году царь решает построить новый двухэтажный дворец. Примерно за год был завершен черновой этап строительства. В исторических документах сохранились имена строителей: плотничий староста Сенька Петров и стрелец плотник Ивашка Михайлов. Еще почти два года ушло на отделку. Украшением дворца занимались бригада резчиков из Нового Иерусалима, росписью стен и потолков руководили иконописец Симон Ушаков и главный мастер Оружейной палаты Богдан Салтанов. Краски и сусальное золото для отделки дворца доставлялось из-за границы. Заграничными красками была расписана и зеленая чешуйчатая крыша.

                              После смерти Алексея Михайловича дворец был расширен и частично перестроен новым царем Федором Алексеевичем. В 1684 году государевы хоромы и хозяйственные постройки были отремонтированы в последний раз.

           В 1762 году Екатерина II во время визита в первопрестольную побывала в Коломенском. Она застала дворец Алексея Михайловича в плачевном состоянии с обрушающимися кровлями и лестницами и повелела создать планы фасадов и помещений дворца и составить смету ремонта. Работа была поручена архитектору Ивану Федоровичу Мичурину. Смета показа, что для ремонта потребуется почти 60 тысяч рублей. В те времена это была огромная сумма. Решение императрицы: дворец разобрать, а для нее построить небольшой поближе к берегу Москвы-реки. Через несколько лет дворец разобрали, по линии фундаментов для сохранения памяти о дворце был высажен бордюр из кустов. Кроме того была изготовлена деревянная модель дворца, которая ныне хранится в музее-заповеднике.

                         Идея воссоздания дворца возникла в музее-заповеднике в 1990-ые годы, и в итоге была поддержана Правительством Москвы. Поскольку за прошедшее время на месте бывшего дворца сформировался природный комплекс, и выросли вековые деревья, было принято решение о строительстве реконструируемого дворца на пустующей  территории музея-заповедника «Коломенское» в бывшем селе Дьяково. Там и была возведена реконструированная копия  дворца. Фактически нынешнее строение можно назвать  макетом дворца Алексея Михайловича в натуральную величину.  Фасады и общая планировка довольно точно повторяют исходное сооружение. Они воссозданы по екатерининским чертежам и результатам исследования оставшихся фундаментов. А вот реконструкция отделки интерьеров, естественно, весьма приблизительна. Росписи и резьба восстанавливались по словесным описаниям очевидцев и немногочисленным рисункам. Наиболее точно удалось восстановить отделку печей, так как археологами было найдено много осколков оригинальных изразцов. Сейчас эти изразцы хранятся в музейной коллекции.

        Новое здание из соображений пожаробезопасности выполнено из железобетона с обшивкой перекрытий и фасадов бревнами.  Из железобетона выполнены несущие колонны и перекрытия. При этом крыши воссозданы на деревянных каркасах практически по технологии 17 века.

        Открыт воссозданный дворец в сентябре 2010 года.

              Дворец, и настоящий, и восстановленный, построен по канонам 16-17 веков. Он состоит из отдельных помещений (клетей), соединенных в единое целое системой переходов. Дворец разделялся на мужские и женские хоромы. Мужские соответственно включали в себя хоромы царя и царевичей, а женские — царицы и царевен. В подклетях размещались кладовые и всевозможные подсобные помещения. Необычным помещением во дворце была так называемая театральная хоромина.

      В начале царствования Алексей Михайлович отличался мягким нравом, скромностью, богобоязненностью и, как теперь говорят, конформизмом, за что и был прозван в народе Тишайшим. Наставником, советчиком и другом в это время для молодого царя становится митрополит, а позднее патриарх, Никон. Никон был человеком своенравным, волевым, во многом фанатичным. Он всячески поддерживал и поощрял природную религиозность царя. Жизнь царя, двора, да и всей страны строго подчинялась религиозным правилам и традициям. Светские развлечения были практически полностью запрещены: в 1648 и 1657 годах Никон добивается от царя принятия указов о запрете скоморохов – главного светского зрелища в стране.

       Но царь мужал, и к 1660-м годам уже не нуждался в опеке Никона, который к тому же выступил с идеей первенства церковной власти и предложил Алексею Михайловичу разделить с ним власть. Но мой рассказ не о судьбе опального Никона, а о строительстве дворца в Коломенском. Освободившись от опеки Никона, Алексей Михайлович мог позволить себе строительство в новом дворце помещения для театральных постановок – театральной хоромины. Это было в духе западноевропейской дворцовой жизни. Примерно в это время в Париже открывает двери для посетителей «Комеди-Франсез», на сцене которого идут пьесы Мольера.

     Первое представление в театральной хоромине, правда не в Коломенском, а в Преображенском,  случилось даже раньше учреждения Людовиком ХIV «Комеди-Франсез»: в 1672 году царица Наталья Кирилловна родила царевича Петра, и в честь этого события царь решил устроить «комедию» (так называли в те времена любое театральное представление). Сюжетом послужила библейская легенда об Эсфири. Написал текст пьесы и поставил ее пастор лютеранской церкви в Немецкой слободе Иоганн Готфрид Грегори. Спектакль получил название «Артаксерксово действо» и длился 10 часов! Репертуар царского театра состоял из библейских и нравоучительных историй.

      Но продолжим нашу прогулку по Коломенскому и через красное крыльцо войдем во дворец.

                Фотографировать во дворце можно только без вспышки, поэтому сразу прошу прощения за низкое качество фотографий. Некоторые объекты снять вообще не получились – в помещениях дворца восстановлено освещение, близкое к тому, что было в конце 17 – начале 18 веков. Конечно, сейчас в светильниках и люстрах горит электрический свет, а не свечи, а вот окна сделаны из цветных стекол, как это было в те далекие времена. В результате освещение получается весьма специфическим, ну и фотографии тоже.

       Посмотрим дворец изнутри.

   Все помещения дворца богато декорированы: росписи на стенах, обильная позолота, изразцовые печи, ковры, дорогие ткани… Гиды, проводящие во дворце экскурсии, неустанно повторяют, что все орнаменты, позолота, мебель, ковры и т.д. изготовлены точно в соответствии с описаниями, сделанными перед разборкой дворца при Екатерине II. Позолота выполнена сусальным золотом по деревянной резьбе, т.е  это не пластиковые элементы, окрашенные краской под золото, как утверждают скептики. За неимением других источников приходится верить экскурсоводам. Но как бы там ни было, дворец получился замечательным! А скептикам хочу напомнить, что он и не претендует на звание исторического памятника: официальное название дворца – «Дворец царя Алексея Михайловича. Историко-художественная реконструкция».

      Пройдем по мужской половине дворца. Нарядный коридор, украшенный окнами с разноцветными стеклами, ведет в столовую палату.

      Ну а сама столовая палата, отделанная уже при царе Федоре Алексеевиче похожа на декорацию фильма «Иван Васильевич меняет профессию» или какой-то сказки. Разумеется, цари трапезничали здесь не каждый день. Столовая палата была, говоря современным языком, банкетным залом, в котором устраивались праздничные пиры. Царь во время трапезы сидел за отдельным столом, а приглашенные бояре – за столами, установленными по периметру палаты. Места за этими столами распределялись строго в соответствии с родовитостью бояр и личными симпатиями государя – чем ближе к царскому столу, тем выше статус приглашенного.

                                     Престольная палата (нам, наверное, привычнее словосочетание «тронный зал») так же была парадным помещением дворца. Здесь царь принимал послов и именитых просителей, выносил решения по вопросам внешней и внутренней политики.

     А перед престольной палатой располагалась приемная для посетителей, отделенная от палаты резной золоченой дверью.

                      Роскошь парадных палат дворца оттеняется более чем скромными личными покоями государей. Вот как выглядел кабинет Алексея Михайловича…

             

… а так – опочивальня с небольшой кроватью и изразцовой печью.

          

      Во дворце воссозданы еще два царских кабинета Федора Алексеевича и Петра I.

    Хотелось бы сказать несколько слов о Федоре Алексеевиче, роль которого в отечественной истории явно недооценена. Болезненный юноша стал царем в 15 лет и правил всего 6 лет. Но ведь именно в это короткое царствование было проведено немало реформ и других важных акций: проведена перепись населения, отменено местничество в армии, уничтожен обычай получать должности по заслугам предков, главным критерием продвижения по службе стали личные способности и выслуга лет. Для централизации государственного управления были объединены некоторые смежные приказы под руководством одного лица. Реформа в армии увеличила число «полков иноземного строя», которые формировались по образцу европейских армий. По результатам войны с Османской империей к Русскому государству отошли Левобережная Украина и Киев. Именно при Федоре Алексеевиче молодые придворные избавились от бород и переоделись в одежду европейского кроя. Так что поворот на Запад, свершенный Петром I, начался именно при Федоре Алексеевиче.

       А так выглядит реконструированный кабинет сначала царевича, а затем и царя Федора Алексеевича.

       

        Во дворце восстановлен и кабинет Петра I.

    

     С гигиеной во дворце было все в порядке. О ней можно судить по реконструированной царской мыльне.

      

     А теперь пройдем на женскую половину дворца. Русские царицы и царевны вели замкнутый образ жизни, они редко появлялись на публике, не пировали за общим столом с мужчинами, не вмешивались, хотя бы номинально, в дела государственные. Цель жизни царицы – рожать наследников трона, молиться, управлять прислугой, а в качестве развлечения заниматься рукоделием. Тем не менее, парадная комната с подобием трона была и у царицы. Здесь  она принимала боярынь и просительниц женского пола, которые не могли напрямую обращаться к государю. Как и на мужской половине, парадной палате царицы предшествовала приемная для посетительниц, отделенная от царицыных покоев почти такой же, как и на мужской половине, золоченой дверью.

                                           

              Судьба русских царевен и вовсе была незавидной. Им нельзя было выходить замуж за не  православных и не представителей царского рода. Короче, бедным девушкам нельзя было замуж ни за кого. Их ждал монастырь.  Но в истории время от времени случаются неординарные события и рождаются неординарные личности. Такой личностью была царевна Софья Алексеевна. Будучи регентом при малолетних царях Иване и Петре, царевна Софья практически была единоличной правительницей России. А теперь посмотрим на реконструированную комнату Софьи. Это не светелка безропотной женщины, с пяльцами и шкатулками для рукоделия, а настоящий кабинет, как у ее отца и брата Федора с письменным столом и книжными шкафами.

     Во дворце восстановлена и комната будущей императрицы, а пока еще просто великой княжны, Елизаветы Петровны. Интерьеры выдержаны в стиле западноевропейского барокко, которое пришло в Россию вместе с реформами Петра I.

          

    А рядом с дворцом установлен памятник Елизавете Петровне скульптора Георгия Вартановича Франгуляна. Это уменьшенная авторская копия памятника императрице в Балтийске, которая была установлена в 2013 году.

      В заключение повторю, что музей получился замечательным. В нем проводится масса экскурсий, рассчитанных на самую широкую аудиторию: от младших школьников до вполне взрослых посетителей. Экскурсоводы, одетые в наряды времен Алексея Михайловича, рассказывают об истории страны, о царской семье, о быте того времени, об устройстве дворца и его реконструкции. Наверное, можно было бы проводить эти экскурсии в стеклянной «коробке» с просторными светлыми залами, заполненными витринами с документами и различными подлинными предметами того времени. Но таких музеев много, а дворец Алексея Михайловича – один!

19.09.2017

Поделиться в соц. сетях

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *