КОНСТАНТИН СТЕПАНОВИЧ МЕЛЬНИКОВ-2

КОНСТАНТИН СТЕПАНОВИЧ МЕЛЬНИКОВ. Часть 2.

      Золотой период творчества К. С. Мельникова 1929 года продолжался – по его проектам возводятся еще несколько клубных зданий.

         Идея трансформации внутреннего пространства нашла свое воплощение в проекте здания клуба завода «Каучук» (Плющиха, 64). По замыслу архитектора центральная часть партера со сценой должна была подниматься по вертикали до уровней каждого из двух балконов, которые расположены по внешней дуге зрительного зала над партером, и как бы нависают над партером без промежуточных опор и перемычек. Вместимость зрительного зала при этом уменьшалась, зато освобождалось дополнительное пространство на первом этаже для проведения массовых мероприятий. Как и в других случаях эта идея так и не воплотилась в жизнь из-за технической сложности и противодействия строительных организаций.

         Внешне здание клуба состоит из цилиндрических и прямоугольных объемов. Угол здания, выходящий на пересечение Плющихи и Труженикова переулка, представляет собой сектор в четверть круга, обращённый дугой к перекрёстку. И снова мы видим здесь два входа-выхода: обычный на первом этаже в кассовом вестибюле, и на внешние лестницы – со второго этажа. Такие выходы были бы незаменимы при реализации проекта с трансформацией внутреннего объема здания. К цилиндрическому объему примыкали два прямоугольных: со стороны Плющихи — корпус спортивного зала с наклонными остеклением и двускатной крышей, а со стороны переулка – корпус трёхсветного репетиционного зала со скошенной кровлей. На плоской крыше, между повышенным полукружием зрительного зала и внешней дугой основного объёма размещался обширный балкон-терраса. Как и в случае клуба имени Фрунзе Мельников спроектировал рядом здание столовой, которое до наших дней не сохранилось.

 

         К сожалению, со временем многое из того, чтобы построено в 1929 году, было утрачено. Капитальный ремонт начала 1950-ых годов уничтожил террасу и внутренние интерьеры, которые были переделаны в духе времени с лепниной и росписями на стенах и потолках. Со стороны переулка появились пристройки. Ремонты 1990—2000-ых годов продолжили дело изменения внешнего вида здания: оригинальное остекление было заменено стеклопакетами.

          Несмотря на охранный статус, в 1997 году здание клуба было приватизировано, помещения стали сдаваться в аренду. Здесь в разное время располагались торговые фирмы, рестораны, «Арт-центр» «Академии Российского Искусства». Всем арендаторам ставилась задача реставрации здания, но ею так никто и не занялся. В настоящее время здание клуба находится в аварийном состоянии. Сейчас на первом этаже располагается ресторан и караоке-клуб. Существуют планы реставрации, но, когда она начнется и, тем более, закончится неизвестно. А может быть его ждет судьба расположенного рядом конструктивистского рабочего посёлка «Погодинская», построенного в 1929 году для инженеров завода «Каучук»: в 2016 году часть домов была снесена. И это прискорбно!

         Клуб парфюмерно-косметической фабрики «Свобода» (бывшей парфюмерной фабрики Товарищества «А. Ралле и Ко», открытой в Москве в 1843 году) на Вятской улице, 41а, спроектирован Мельниковым в характерном для архитектора неповторимом стиле, с наружными пандусами для входа, трансформируемым пространством зрительного зала, помещениями для занятий спортом. При реализации этого проекта, он подвергся, пожалуй, самым серьёзным изменениям. Сначала отказались от размещения под полом зрительного зала плавательного бассейна из-за плохой системы водоснабжения и канализации в этом районе. Потом пандусы заменили лестницами, причем, вместо четырех по проекту, были построены только две со стороны Вятской улицы. В 1950-ых годах бала проведена реконструкция здания, причем живой и здравствующий автор проекта к ней привлечен не был. В ходе реконструкции кирпичом были заложены остекления фасада, демонтированы ведущие на второй этаж лестницы и железобетонный чехол для раздвижной стены в зрительном зале. Здание стало выглядеть вот так:

          В 2001 году здание было передано в аренду Дворцу культуры работников торговли, а в 2003 передано ООО «ИНТЭС», которое должно было обеспечить финансирование и реализацию проекта по реставрации здания.  В 2004—2006 годах здание клуба было отреставрировано коллективом архитекторов-реставраторов Центральных научно-реставрационных проектных мастерских под руководством главного архитектора Елены Ивановны Толстопятенко. Фасады здания клуба восстановлены близко к оригиналу, а вот внутренние помещения, а результате реконструкции здания и приспособления его под организацию культурно-досугового комплекса «Суриковъ-Холл» потеряли изначальную планировку и стилистику интерьеров. Да и восстановление внешнего облика клуба было проведено с некоторым отступлением от первоначального: не были восстановлены заложенные в 1950-ых годах большие вертикальные окна боковых частей здания, вход оформлен панно с барочными мотивами, правда съемным, лестницы так и не заменили пандусами, хотя здесь реставраторы, пожалуй, были правы, ведь восстанавливали построенное здание, а не проект Мельникова.

 

        Бывший клуб фабрики «Свобода» сейчас занимает культурно-досуговый комплекс «Суриковъ-Холл», в котором есть несколько банкетных залов разной вместимости и ресторан. Залы оформлены в стилистке ренессанса и барокко с обилием позолоты, и лепнины, т.е. ничего общего с лаконичными интерьерами советского авангарда. В «Суриковъ-Холле» проводятся различные праздничные мероприятия.

 

      В 1929 году Константин Степанович создает проект клуба для обувной фабрики «Буревестник» на 3-ей Рыбинской улице, 17. По проекту и в этом клубном здании предполагалось использовать трансформируемые пространства. Так по замыслу Мельникова партер зрительного зала при помощи раздвижной перегородки мог объединяться в единое помещение с примыкавшим к нему спортивным залом. И снова технические и финансовые трудности не позволили реализовать проект архитектора целиком: раздвижная перегородка, подвижные перегородки цилиндрической башни и бассейн в фойе остались только на бумаге.

        Здание клуба в плане состоит из нескольких прямоугольников разного размера, ступенчато убывающих по высоте от фасада. Справа от здания стоит изящная пятилепестковая четырёхэтажная башня с большими полукруглыми окнами. На первом этаже находились вестибюль, фойе с гардеробом и учебные комнаты, на втором — спортивный и зрительный зал, третий этаж был отведён под раздевалки и помещения для кружков, а в четырёх этажах башни работали буфет, парикмахерская, школьная комната и библиотека. Главный фасад и боковые стороны здания оштукатурены, во дворе сохранена необработанная кирпичная кладка. Бетонированная плоскость фасада контрастирует остекленными поверхностями круглой башни, в основании которой расположена фигура розетки-пятилистника радиусом 44 метра.

        В советское время клуб использовался по назначению. В 1997 году здание было вписано в перечень памятников истории и культуры, разрешённых к приватизации. В 2002 году его передали спортивной компании «Татами клаб». Здание отреставрировали по проекту Архитектурной мастерской Юлия Баданова и Центра историко-градостроительных исследований. В результате проведенных работ сохранился внешний вид фасадов, правда, оригинальные деревянные оконные рамы заменили на металлические. Интерьеры и внутренняя планировка так же были заменены и приспособлены для спортивного клуба, бетонные стены обшили гипсокартоном. В настоящее время здание выкуплено Фондом содействия сохранению русского наследия «Русский авангард», там проводятся выставки современного искусства. В планах фонда восстановление внутренней планировки и создание на базе клуба «Буревестник» Международного центра архитектуры с выставочным пространством, лекционной аудиторией, библиотекой и кафе.

      Вот такие замечательны клубные здание построены по проектам Константина Степановича Мельникова. Но главный архитектурный шедевр 1929 года – собственный дом-мастерская в Кривоарбатском переулке, 10. Подробно об этом уникальном доме я расскажу в отдельном материале, а сейчас короткий экскурс в историю дома.

        Константин Степанович много лет мечтал о доме для своей семьи. Ещё будучи студентом, в 1912 году Мельников женился на Анне Гавриловне Яблоковой. В следующем году у них родилась дочь Людмила, а еще через год – сын Виктор. Сначала Мельников хотел купить особняк и переделать его в дом-мастерскую. Константин Степанович очень любил свою семью и считал, что только рядом с ней можно плодотворно заниматься творчеством. Но грянул 1917 год – о покупке собственного дома невозможно было даже мечтать. Семья Мельниковых проживала в коммуналке в доме на углу Петровки и Страстного бульвара, а сам архитектор с начала 1920-ых годов стал разрабатывать проект своего дома. Вариантов было много, Мельников рассматривал разные концепции и модели индивидуального жилого дома.

     В 1927 году Мельников получает от Моссовета разрешение на строительство собственного дома. Факт уникальный: в конце 1920-ых годов, когда в СССР идет сворачивание НЭПа, а по всей стране началось строительство домов-коммун, одному человеку разрешили построить частный дом в центре столицы. Тому было несколько причин. Мельников в середине 1920-ых годов являлся одним из самых крупных и признанных не только в СССР, но и в мире советских архитекторов, дом Мельникова был официально признан экспериментальным сооружением с последующим использованием разработанных концепций в строительстве многоквартирных домов и домов-коммун, а еще это была своеобразная благодарность властей за работу над саркофагом Ленина. Строился дом на средства самого Константина Степановича, а они тогда были вполне удовлетворительными в виду большого количества заказов на проекты.

       Объёмная композиция дома представляет собой два разновысоких вертикальных цилиндра одинакового диаметра, врезанных друг в друга на треть радиуса, образуя тем самым в плане цифру «8». Первое, что бросается в глаза при внешнем осмотре дома – это необычные шестиугольные окна. Но дом полон новаторских конструктивных, технических, композиционных особенностей, продуманной функциональной планировкой.

  

 

          Оригинальна не только форма дома, но и многие конструктивные решения. Стены дома были выполнены из красного кирпича особой узорчатой кладкой, создающей ажурный каркас. Кладка осуществлялась со сдвигом вдоль стены через ряд и поперёк стены через два ряда. Так на стенах образовалось более 100 шестиугольных проема: некоторые из них превратились в окна и ниши, другие были заложены. Такое конструктивное решение экономило стройматериалы и в любой момент позволяло без особы усилий разобрать кирпичи заложенных проемов для образования новых окон в нужном месте. Оригинальной была конструкция междуэтажных перекрытий, выполненная из деревянного теса, поставленного на ребро. Доски перекрытия пересекаются под прямым углом, образуя сетку из квадратных ячеек. Сверху и снизу эта сетка зашита деревянным настилом. Таким образом при в устройстве перекрытий не использованы ни колонны, ни стропила, ни балки. Перекрытие конструктивно работает как единая плита-мембрана.

 

         Функционально в доме было все необходимое. На первом этаже расположились передняя, столовая, кухня, санузел, рабочие комнаты Анны Гавриловны и детей. Второй этаж занимала гостиная со сплошным остеклением и общая (что странно!) спальня родителей и детей, разделенная на отдельные зоны перегородками-ширмами. На третьем этаже северного цилиндра размещалась мастерская, а на крыше южного – терраса, где летом семья пила чай и принимала солнечные ванны.

          Семья Мельникова прожила в этом доме много лет. В последние годы жизни Константин Степанович высказывался за создание в доме музея. После смерти архитектора в 1974 году в доме остался жить его сын художник Виктор Константинович Мельников. И начались бесконечные скандальные истории с дележом имущества архитектора, которые продолжили его внуки после смерти Виктора Константиновича. Публикаций на эту тему много и в интернете, и в печатных СМИ. Думаю, что прекрасный семьянин Мельников был бы очень огорчен этими скандалами и многочисленными судебными разбирательствами. Мне не хочется здесь об этом писать…

          Сам дом при этом потихоньку разрушался и разрушается, жильцы не особенно пеклись о сохранности этого уникального дома. Многочисленные обследования состояния дома Мельникова и прилегающей территории проводятся последние 20 лет с регулярной частотой, а реставрации до сих пор нет. Правовой статус дома до сих пор окончательно не решен. До 2014 года в нем проживала внучка архитектора Екатерина Викторовна Карпинская, отказываясь переселяться в выделенную ей квартиру.  В 2014 году ее принудительно выселили (опять же с многочисленными скандальными публикациями в прессе), началась подготовка дома созданию музея, как филиала музея архитектуры имени Щусева. Но увы, до сих пор наследники спорят о концепции музея: дом-музей К. С. Мельникова, музей К. С. и В. К. Мельниковых или музей советской авангардной архитектуры. Снова заседают различные комиссии, проводятся обследования памятника, а дом продолжает разрушаться. Последняя публикация на эту тему, попавшаяся мне на глаза, напечатана в МК от 18 января 2020 года.

         В доме Мельникова сейчас проводятся редкие экскурсии по предварительной записи.

       Самый плодотворный период творчества К. С. Мельникова был недолгим. Новаторские проекты архитектора с самого начала вызывали неоднозначную реакцию и в архитектурной среде, и у властей. Они не укладывались ни в какие шаблоны, школы и течения, вызывая восторг у одних, непонимание и острую критику других. С начала 1930-ых годов все громче звучат голоса вторых, обвиняющих Мельникова в формализме и его непомерных амбициях. Свою роль тут сыграл тот факт, что Константин Степанович был по сути архитектором-одиночкой, так и не примкнувшим ни к одному архитектурному объединению. Да и в самой советской архитектуре происходит постепенный отход от новаторских тенденций к «классическому» стилю, который позднее получит название «сталинский ампир». Мельникову, который не смог отказаться от новаторских идей, все труднее реализовывать свои проекты. Заказов становится все меньше. В 1930-ых годах можно отметить только три значимых проекта Константина Степановича.

          В 1931 году Мельников совместно с художниками-графиками Владимиром Августовичем и Георгием Августовичем Стенбергами принимает участие в реконструкции Московского камерного театра (ныне Московский Драматический театр имени Пушкина). Здание, которое занимал театр известно с конца 18 века – здесь располагались усадьбы И. А. Вяземского, бригадирши А. С. Дмитриевой-Мамоновой, генерала-майора И. Ф. Дмитриева-Мамонова, полковника П. А. Кологривова, представителей старинного рода Вырубовых. В начале 20 века дом купил действительный статский советник Портнов. Первый этаж он сдавал клубу велосипедистов и музыкально-драматическому кружку, а второй — частной гимназии. В 1911 году дом приобрели братья Паршины, которые, по одним источникам, стали сдавать его под квартиры, а по другим, разместили в нем бухгалтерские курсы и воинское присутствие. В 1914 году молодой режиссер Александр Таиров искал для своего театра помещение. Выбор пал на владение Паршиных. Братья Паршины сдали помещения Таирову, дав при этом разрешение на необходимые переделки. Весной 1914 года начались строительные работы, а уже в конце года состоялся первый спектакль нового Камерного театра.

         В 1930-ые годы был поднят вопрос о реконструкции здания театра. Оригинальный проект предложил художник и архитектор Георгий Павлович Гольц. Планировалось соединение нескольких театральных помещений в одно: зрительный зал должен был занять новую пристройку, а в старую часть предполагалось преобразовать в школу-студию.  Вопрос о перестройке был отложен, а затем и вовсе сошел на нет. И все-таки в 1931 году во время длительного зарубежного турне труппы театр был немного перестроен Мельниковым и братьями Стенбергами: фасаду придали простой и скромный вид, частично изменили декор интерьеров зрительного зала и фойе в духе времени.

   

         Следующим осуществленным проектом Мельникова было строительство гаража «Интуриста». Созданное в 1929 году Государственное акционерное общество по иностранному туризму в СССР «Интурист» в 1933 году объединяется со Всесоюзным акционерным обществом «Отель». В распоряжение «Интуриста» переходят не только несколько гостиниц и ресторанов, но и автотранспорт. Возникает необходимость строительства для него отдельного гаража. Проект был выполнен в Архитектурной мастерской Моссовета № 7. В это время ее возглавлял К. С. Мельников. Соавтором проекта выступал Валерий Иванович Курочкин. Гараж был построен в 1934 году на улице Сущевский вал, 33.

            В основу здания лёг типовой проект пятиэтажного гаража на 300 автомобилей, который разработали инженеры Гипроавтотранса в 1933 году. Число парковочных мест в гараже запланировали, как говорится, с запасом — с расчетом на развитие иностранного туризма в СССР. Разработкой рабочих чертежей занимался архитектор мастерской Моссовета № 7 Валерий Курочкин, а оформлением фасадов — Константин Степанович Мельников.

       Фасад задумывался состоящим из двух частей. При строительстве проект К. С. Мельникова был осуществлён лишь частично. По проекту была оформлена только правая сторона фасада здания с круглым окном. Левая пятиэтажная часть главного фасада гаража уже без участия Мельникова была решена в неоклассическом стиле, который пришёл на смену новаторским идеям в советской архитектуре 1920-ых годов. В результате здание гаража представляет собой уникальный гибрид двух противоположных архитектурных течений в СССР в первой половине 20 века.

      Мельников изменил композицию типового фасада здания сочетанием простых геометрических форм — круга, трапеции и прямоугольника: на прямоугольном фасаде размещаются круглое окно и трапециевидная поверхность со сплошным остеклением. Вдоль фасада расположена диагональная консоль, которая берет свое начало у круглого окна и должна была заканчивать у крыши левой части. На ней планировалось установить автомобиль, а за стеклом круглого окна прохожие с улицы должны были наблюдать непрерывное движение автомобилей по пандусам гаража. Левая часть фасада планировалась, как простой прямоугольник, ритмично расчленённый вертикальными оконными проёмами и прорезанный продолжением диагональной консоли.

      При строительстве в угоду неоклассическому стилю на фасаде появились пилястры, сплошные вертикальные окна заменены на простые парные, а консоль закончилась на уровне третьего этажа.

         В 1937 году по запросу начальника НКВД Ежова Совнарком передал гараж его ведомству. Автобусы и другие автомобили «Интуриста» так и остались в старом гараже на Пречистенке и на открытой стоянке. За время эксплуатации здание гаража на Сущевском валу неоднократно перестраивалось. Сейчас его занимает автотранспортная служба Управления материально-технического обеспечения ФСБ.

        Последний реализованный проект Мельникова – здание гаража Госплана, построенное на Авиамоторной улице, 44 в 1936 году. Как и для гаража «Интуриста» рабочие чертежи здания на основе типового проекта выполнила Архитектурно-проектная мастерская Моссовета № 7 во главе с архитектором В. И. Курочкиным. В отличие от Бахметьевского гаража и гаража на Новорязанской улице, проекты которых полностью разработаны Константином Степановичем,  для гаража Госплана он спроектировал только архитектурное оформление фасадов Здесь архитектором снова использованы строгие геометрические фигуры. Фасад основного одноэтажного корпуса, выходящий на Авиамоторную улицу, украшает круглое окно с массивным обрамлением и вертикальными линиями. На четырёхэтажном корпусе, который занимали администрация и мастерские, вертикалью прорезаны объёмные каннелированные пилястры. По замыслу архитектора главный фасад здания должен был ассоциировать с внешним видом автомобиля: круглое окно символизирует фару, сам корпус – вытянутое крыло, а белые вертикальные линии фасада – решетку радиатора.

           С 1955 года гараж занимает таксомоторный парк Москвы. В 1990 году, к 100-летию со дня рождения Константина Мельникова, гараж Госплана, как и другие здания, построенные по его проектам, получил статус объекта культурного наследия Москвы регионального значения, в 1997 году внесен в перечень памятников истории и культуры, разрешённых к приватизации. Помещения стали сдаваться в аренду. В 2013 году представители Российской академии художеств выступили с инициативой сделать гараж филиалом музея архитектуры имени имени Щусева, но предложение не было принято. Годом позже в здании произошёл пожар, в результате которого пострадали внутренние помещения. К счастью, фасады практически не пострадали. В 2018 году началась реставрация гаража. Специалистам предстоит отреставрировать фасады — избавиться от трещин, привести в порядок цементную штукатурку, восстановить цвет в соответствии с колористическим паспортом здания. Правда, в ходе реставрации вряд ли заменят вставленные в 1990-ых стеклопакеты.  И скорее всего никакого музея в здании гаража не будет. Сдача помещений в аренду, в отличие от музея, дело прибыльное.

           Больше реализовать свои проекты Константину Степановичу не удается ни в столице, ни в других городах. Исключение составляют проект памятника дважды герою Советского Союза С. А. Козаку в городе Коростень Житомирской области, схемы окраски корпусов мясокомбината им. Микояна и плана интерьеров Центрального универмага в Саратове, которые не дошли до наших дней. Согласитесь, что для архитектора такого уровня, это были ну просто смешные проекты!

           Наряду с проектированием Мельников ещё с 1920-ых годов занимался и педагогической деятельностью, которую он продолжал до конца своих дней. Сначала Константин Степанович преподавал в Высших художественно-технических мастерских, затем в Высшем художественно-техническом институте. В 1949 году Мельников получил назначение на архитектурную кафедру Саратовского автодорожного института, где проработал в общей сложности около двух лет сначала старшим преподавателем, затем исполняющим обязанности профессора. В 1951 году Мельников был переведён в МИСИ имени Куйбышва, где он преподавал сначала на кафедре архитектуры, а затем начертательной геометрии и графики. В конце 1952 года Мельников был утверждён в звании профессора. В 1958 году К. С. Мельников перешёл из МИСИ во Всесоюзный заочный инженерно-строительный институт, где проработал до последних дней, преподавая архитектурное проектирование, начертательную геометрию и графику. В 1965 году Мельникову без защиты диссертации была присвоена учёная степень доктора архитектуры, а в 1972 году — почётное звание заслуженного архитектора РСФСР.  28 ноября 1974 года после продолжительной болезни Константин Степанович Мельников скончался в Москве на 85-м году жизни и был похоронен на Введенском кладбище.

           В архитектурном наследии Константина Степановича Мельникова кроме реализованных проектов, сохранившихся и утраченных, есть еще 28 нереализованных проектов. Признание гениальности творчества архитектора пришло только в конце 20 века. Столетний юбилей архитектора ЮНЕСКО отметила тем, что объявила 1990 год годом Константина Мельникова. По результатам опроса членов Российской академии архитектуры и строительных наук, проводившегося в 2001 году, К. С. Мельников занял первое место среди выдающихся отечественных архитекторов 20 века и третье — в мировом списке.

29.01.2020

Поделиться в соц. сетях

0

Комментарии

КОНСТАНТИН СТЕПАНОВИЧ МЕЛЬНИКОВ-2 — 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *