УСАДЬБА КУСКОВО

  УСАДЬБА КУСКОВО  

        История этого дворцово-паркового комплекса, расположенного на востоке столицы, началась давно. Владение бояр Шереметевых в 18 веке превратилось в один из лучших дворцово-парковых комплексов России. Многое происходило в залах главного дома, в аллеях парка и его укромных уголках: пышные балы, визиты императорских особ, тихие чаепития, представления крепостного театра и необыкновенная история любви, которая началась именно здесь.

       В Кусково я была несколько раз, но давно. Тогда у меня не было нормальной камеры, и снимала я на «мыльницу», поэтому качество фотографий низкое. Но что есть, то есть.

        Усадьба Кусково — бывшее имение графов Шереметевых, одного из виднейших боярских родов царства Русского и Российской империи. Шереметевы состояли в родстве с Романовыми, так как имели одного общего предка – Андрея Кобылу, московского боярина времен Ивана Калиты. Среди представителей рода Шереметевых были члены боярской думы, воеводы, одна из представительниц рода, Елена Ивановна, стала женой сына Ивана Грозного и послужила, согласно легенде, причиной убийства царевича Ивана своим отцом. По одной из версий этой легенды царь то ли увидел беременную сноху недостаточно одетой и, главное, без пояса и ударил ее, то ли стал склонять ее к сожительству. В любом случае царевич выказал свое недовольство Ивану Грозному. Разгневанный отец ударил его посохом в висок. Справедливости ради следует сказать, что эта история — только лишь легенда, подкрепленная знаменитой картиной Репина: учеными в последние годы установлено, что самой вероятной причиной смерти царевича было отравление солями ртути.

         Но вернемся к Шереметевым. После избрания на российский трон Романовых положение рода Шереметевых укрепляется. Его многочисленные представители занимают важные посты при царском дворе, в войске и в провинциях. Одним их выдающихся деятелей петровской эпохи стал Борис Петрович Шереметев — русский полководец времени Северной войны, дипломат, один из первых русских генерал-фельдмаршалов. В 1706 году за подавление мятежа в Астрахани был первым возведён с нисходящим его потомством в графское достоинство Российской империи. Три брата Бориса Петровича графского титула не имели, но несли свое служение родине на гражданском и военном поприще.

      Впервые Кусково упоминается в конце 16 века: уже тогда это было владение Шереметевых. В начале 17 века здесь стояли деревянная церковь, боярский двор, дворы крепостных людей. Изначально в данном районе Шереметевым принадлежал всего один небольшой участок, «кусок», как называл его граф Борис Петрович. В то же время все остальные земли в округе принадлежали будущему государственному канцлеру Алексею Михайловичу Черкасскому. После брака сына Бориса Петровича, графа Петра Борисовича Шереметева, с дочерью князя Алексея Михайловича, Варварой Алексеевной, Шереметевы стали единственными собственниками этих земель. Именно при Петре Борисовиче начинает формироваться дворцово-парковый ансамбль, который мы можем видеть сейчас.

        Петр Борисович Шереметев прожил долгую для того времени жизнь. Он скончался на 75-ом году жизни, став современником восьми царствований. Начав службу при Петре I, Петр Борисович дослужился до генерал-адъютанта при Елизавете Петровне и до обер-камергера при Петре III. Был кавалером орденов святой Анны, святого Александра Невского, польского Белого Орла и святого Андрея Первозванного. При Екатерине II стал сенатором, автором утвержденного императрицей «Устава о должностях и преимуществах обер-камергера» и членом Комиссии по составлению нового Уложения. Уйдя в отставку с придворной службы, занялся благоустройством своей любимой усадьбы Кусково. Он лично руководил строительными работами во всех областях: разбивкой парка, постройкой и отделкой дворца и павильонов. До конца жизни Петр Борисович был видным общественным деятелем: начальником Уланского Московского Корпуса дворовых и господских людей, Московским губернским предводителем дворянства.

      По задумке Петра Борисовича обширная усадьба была поделена на три части: французский регулярный парк с основным архитектурным ансамблем, запрудный парк со зверинцем и английский пейзажный парк «Гай». В долине Кусковского ручья в 1750-ых годах был создан каскад прудов, главным и самым большим из которых был Большой Дворцовый пруд. Его площадь составляет 14 гектаров.

 

       Пруд сохранился до наших дней. Другие пруды в долине бывшего Кусковского ручья: Радужные, Итальянский и Графский — возникли в разное время. Так Большой Графский пруд создан 1980, а Итальянский – в 1750 году.

        Из Большого Дворцового пруда был прорыт канал в запрудную часть парка к месту, где располагался графский зверинец. Запрудная часть парка представляла собой расчищенный и облагороженный тропинками природный лесной массив. В нем могли укрыться от посторонних глаз гости графа.

        Основными работами по строительству дворца руководил Карл Иванович Бланк. В 1770-е годы под его руководством севернее регулярного был разбит английский парк «Гай» с постройками. В работах по созданию английского парка также принимал участие «садовник иноземец П. Ракк с 13 учениками и 4 садовыми мастерами». Этот садовник много лет работал в усадьбах Петра Борисовича Шереметева, не только в Кусково, но и в Останкино, в Вознесенском и на мызе Шампетр под Петербургом, на даче под Павловском.   На сравнительно небольшой территории парка было много построек: жилой летний дом графа, получивший название «Дом уединения», молочная ферма «Метерея» и «Основателева деревня» с четырьмя домиками «поселян», здания картинной галереи и деревянного театра. На основе речки Геледенки была образована система живописных прудов. На берегах этих прудов стояли беседки, павильоны, «увеселительные игральные домики», скульптуры. В парке были устроены пещеры, гроты, водопады, романтичные руины, искусственные овраги и, конечно же, солнечные лужайки. Сейчас «Гай» полностью утрачен, поскольку вся территория севернее оранжереи в начале 20 века была продана под дачные участки и позже перешла в ведение города – теперь это парковая часть с простыми аллеями. Память об этом замечательном парке сохранилась в названии улицы в Вешняках – Старый Гай. Сохранился и один из прудов в западной части английского парка — Локасинский. Свое название он получил от тех самых «увеселительных игральных домиков», называемых на французский манер la casino («маленький домик»). Остались в парке и порядка десяти деревьев, посаженных еще при его создании. Они помнят несколько поколений Шереметевых.

       Лучше всего сохранился французский регулярный парк с окружающими его постройками усадебного комплекса. Партер между дворцом и оранжереей представлял собой симметричный цветочный ковер, слева и справа от которого находились участки регулярного парка. Деревья и кусты были аккуратно подстрижены, тропинки симметричны. В теплое время года из оранжереи на свежий воздух выносили экзотические растения в кадках, которые так же симметрично располагали вдоль партера. Аллеи французского парка и партер украшали мраморные статуи. И тоже все было размещено симметрично – парк в полной мере оправдывал свое название «регулярный».

      В целом дворцовый комплекс в Кусково выдержан в барочно-рокайльном стиле, но Большой дворец построен в стиле раннего классицизма. Архитектор дворца точно не установлен, но большинство историков архитектуры считают, что его спроектировал Карл Бланк.

        Карл Иванович Бланк — московский архитектор и инженер-строитель, один из последних мастеров барокко и первый по времени архитектор раннего классицизма. Происходил из рода французских гугенотов, бежавших в Германию после Варфоломеевской ночи. Дед архитектора Якоб был кузнецом. Он приехал в Россию при Петре I. Отец, Иван Яковлевич, сначала был переводчиком при немецких архитекторах, приглашённых в Петербург, а впоследствии сам стал архитектором. Архитектором стал и его сын, Карл Иванович. Бланк сдал экзамен на звание архитектора самому Растерелли, после чего работал помощником и компаньоном известных архитекторов того времени: Александра Филипповича Кокоринова, Ивана Кузьмича Коробова, Алексея Петровича Евлашева. Самостоятельную работу начал в Москве.

        Дворец, «Большой дом», как его называли в 18 веке, был построен в период с 1769 по 1775 годы и предназначался для торжественного приема гостей в летнее время. В русских традициях загородных домов дворец построен из дерева, он имеет два этажа — парадный и антресоли, на высоком каменном цоколе, где размещались винные погреба и хозяйственные помещения. Во дворце соблюдена модная в 18 веке планировка: в нем анфиладное расположение комнат. Двери помещений находятся на одной оси, залы раскрываются последовательно, один вслед за другим.

   

       Несмотря на то, что дворец выстроен из дерева, его архитектура типична для каменных дворцовых построек второй половины 18 века – эпохи раннего русского классицизма. Фасад украшают три колонных портика. Центральный — самый большой и торжественный, его фронтон заполнен пышной резьбой по дереву вокруг вензеля «PS» под графской короной. Боковые портики с полукруглыми фронтонами украшены резными военными атрибутами. К парадному входу дворца ведет белокаменная лестница и пологие пандусы — спуски для въезда карет. Пандусы украшают фигуры сфинксов — фантастических существ с женскими головами и львиными туловищами.

        В Большом дворце сохранились планировка и декоративное убранство интерьеров, мебель, декоративные предметы, уникальная коллекция русской и западноевропейской живописи, дарственные портреты русских императоров и портреты нескольких поколений хозяев усадьбы Шереметевых.

   

   

   

          Богатую увеселительную усадьбу в 18 веке невозможно было представить без различных фактически декоративных построек, которые все-таки несли некую функциональную нагрузку: беседки и павильоны, в которых можно было укрыться от небольшого дождика, чайные и кофейные домики, музыкальные и художественные салоны. Разумеется, такие постройки были и, к счастью, есть и сейчас в Кусково.

       В самом начале регулярного парка были созданы небольшие пруды, на берегах которых построены такие павильоны.

       Слева от Большого дворца расположен небольшой прямоугольный пруд, получивший название Голландский. Пруд соединен с Большим Дворцовым прудом каналом (какая же Голландия без каналов!), а на его берегу построен Голландский домик. Этот двухэтажный садовый павильон с кухней на первом этаже и гостиной на втором построен при участии Ю. И. Кологривова, в 1749 году, о чем свидетельствует указанная на фасаде дате.

       Юрий Иванович Кологривов происходил из московской боярской семьи. Он был денщиком Петра I, дипломатом, выполнял функции агента по найму мастеров и покупке художественных произведений в Европе для русского двора. Ознакомившись европейскими художественными тенденциями того времени, сам занялся живописью и архитектурой. Его жизнь была похожа на приключенческий роман: Юрий Иванович путешествовал с Петром по Европе, был захвачен корсарами, пробыл в плену почти десять лет, но чудесным образом бежал, был под арестом по обвинению в заговоре против Анны Иоанновны. С 1740-ых годов Кологривов стал личным архитектором и художественным консультантом Петра Борисовича Шереметева. Он занимался проектированием и строительством в московские и петербургские дома Шереметева, его подмосковных усадеб Останкино и Кусково. Именно при его участии сложилась планировка Кусково, были построены Голландский и Итальянский домики, Воздушный театр, Грот, многочисленные деревянные павильоны. По его эскизам были исполнены некоторые статуи для парка.

  

       Голландский домик выдержан в лаконичном стиле голландских построек 17 века, в том же стиле выполнена отделка внутренних помещений керамической плиткой. Несмотря на то, что домик представляет собой имитацию голландского жилища, он использовался хозяевами по прямому назначению. Вокруг домика находились беседки и сад с огородом, которые создавали иллюзию улицы, находящейся на берегу канала. Внутренняя планировка и основные детали архитектурного декора Голландского домика сохранились полностью. На первом этаже располагаются служебные и подсобные помещения: передние сени и кухня, на втором — парадный этаж с залой и десертной комнатой. В ходе реставрации, проведенной в усадьбе в начале 1980-ых годов, были восстановлены заборчики и балкон Голландского домика.

   

        Справа от Большого дворца вырыли еще один небольшой квадратный пруд со срезанными углами, названный Итальянским. На его берегах были построены два павильона – Итальянский домик и павильон Грот.

      Итальянский домик был построен в 1755 году под руководством Ю. И. Кологривова и крепостного архитектора Ф .С. Аргунова.

       Фёдор Семёнович Аргунов — один из представителей семьи Аргуновых, одарённых художников и архитекторов. Несмотря на то, что все они были неординарными, талантливейшими людьми, Аргуновы всю жизнь были несвободны, оставаясь крепостными крестьянами семейства Шереметьевых.

        О жизни Федора Семеновича Аргунова известно очень мало – оставлять какие-то записи, кроме дат рождения и смерти о крепостных в ту пору было не принято. Вероятно, он учился у архитектора эпохи елизаветинского барокко Саввы Ивановича Чевакинского. Федор Аргунов был одним из зодчих дома Шереметева на Фонтанке в Петербурге. Им же или при его участии был построен ряд живописных построек в Кусково: кухонный флигель, павильон «Грот», каменная оранжерея.

         Во внешнем облике двухэтажного Итальянского павильона легко угадывается назначение каждого из двух этажей. Дворцовый характер интерьеров второго этажа находит выражение в архитектуре фасада. Это высокие оконные проемы, ажурные ограждения лоджии и балкона, завершение карниза нарядной балюстрадой. Небольшие же помещения первого этажа, зрительно более низкого, с квадратными окнами, были предназначены для размещения коллекции «редкостей»: картин из бисера и цветного мрамора, моделей иерусалимской и вифлеемской церквей в стеклянных футлярах, античной скульптуры и других античных раритетов, т. е. первый этаж выполнял функции музея. Во время проведения балов и праздников в усадьбе Итальянский домик играл роль дворца для малых приемов.

         Во время реставрационных работ в начале 1980-х годов Итальянскому павильону вернули первоначальный облик.

       На берегу Итальянского пруда построили еще один увеселительный павильон – Грот. Он был возведен в 1761 году теми же архитекторами – Аргуновым и Кологрвовым. Каменный павильон в стиле барокко стоит на трехступенчатом цоколе. Фасады павильона декорированы скульптурой в нишах, украшениями на фронтонах, львиными масками над окнами. Внутренний декор еще более необычен. Грот состоит из центрального зала, расписанного под розовый и зеленый с красными прожилками мрамор, и северного и южного кабинетов, выдержанных, соответственно, в зеленоватой и розоватой цветовых гаммах. По замыслу архитекторов это должно было олицетворять стихию камня и воды. Стены и потолок кабинетов богато декорированы раковинами, туфом, стеклом, кусочками зеркал и гипсовой лепниной, в нишах установлены скульптуры. Грот – единственный в России павильон, сохранивший свою уникальную «гротическую» отделку с 18 века. Он является самым экзотическим среди архитектурных сооружений Кускова.

          Фотографирование внутри павильона запрещено. Но поверьте на слово, внутри несколько лет назад он выглядел неважно: богатый декор частично осыпался. В 2015 году Грот закрыли на реставрацию. В МК от 26 апреля 2017 года была напечатана заметка о реставрации Грота: на нее выделено около 302 млн. рублей, а завершить ее планируют в 2019 году. В ходе реставрационных работ будет полностью восстановлен внутренний декор. Десятки тысяч раковин морских моллюсков, привезенных из разных точек мира, займут свои места на стенах Грота. Для того чтобы декор соответствовал историческому облику, реставраторы изучили множество документов тех времен. Реставрации подвергнется практически все: фасады, интерьеры, дренажные системы и знаменитый искусственный фонтан на куполе здания. Ландшафт рядом с павильоном так же воссоздадут по чертежам и схемам прошлого.

      На противоположно берегу Итальянского пруда в 1755 году Федором Аргуновым были построены здания так называемой менажереи – домика для птиц, в котором жили певчие и декоративные птицы. Эти здания были значительно разрушены за прошедшие годы. То, что мы можем видеть сейчас – это реконструкция на старинных фундаментах, возведенная во время реставрационных работ 1980-ых годов.

       В центре той части регулярного парка, что находится слева от партера, расположен чрезвычайно модный для того времени павильон Эрмитаж (от французского ermitage – уединенное место). Как и другие парковые павильоны в 18 веке, Эрмитаж использовался для приема гостей, а название его подчеркивало назначение павильона, предназначенного для увеселения и развлечений в тесном кругу избранного общества. К тому же, его оригинальное устройство позволяло уединиться на втором этаже без прислуги, поскольку попасть туда можно было только с помощью механического лифта. Другой лифт, который представлял собой сервированный стол, доставлял хозяину и его гостям угощения и напитки.

     Эрмитаж был построен в 1767 году Карлом Бланком. В оформлении Эрмитажа переплетены несколько стилей. Плавные, округлые формы фасадов сочетаются со строгой ордерной системой классицизма, в которой можно заметить барочные черты, например, расположенные в специальных нишах под карнизом алебастровые бюсты римских цезарей.

      К сожалению, внутренне убранство Эрмитажа утрачено. Попасть в павильон можно только, когда в нем проводятся выставки музея керамики, расположенного в Кусково.

      Во время реставрационных работ в начале 1980-ых годов зданию был возвращен исторический облик. В частности, была восстановлена оградка из урн по периметру крыши и статуя на куполе, которые были снесены в 19 веке. Приходилось слышать, что до реконструкции павильон выглядел более изящно.

         В правой части регулярного парка симметрично павильону Эрмитаж располагался вольер для павлинов. Он реконструирован в 1980-ых годах и сейчас в нем, как и у графа Шереметева, обитают павлины, куропатки и фазаны.

        В усадьбе были не только здания для увеселений, но и хозяйственные постройки: кухни, сараи, оранжереи и т. п. Но и они по большей части возводились похожими скорее на дворцы, чем на здания для хозяйственных нужд.

        Восточнее Большого дворца в 1755 году архитектором Федором Аргуновым построен кухонный флигель. Правда, он похож на маленький дворец? Декор богат элементами, характерными для классицизма: парапет, украшенный урнами на крыше, скульптуры, колонны, сводчатые окна. Из документов 18 века известно, что здесь располагались кондитерская, скатертная, хлебная, кофейная, русская и французская кухни. Сейчас здание занимает экскурсионное бюро.

        Большая каменная оранжерея построена в 1763 году по проекту Аргунова. Во времена графа Петра Борисовича и его наследников оранжерея использовалась по прямому назначению для выращивания садовых культур и экзотических растений.  Если при Петре Борисовиче многие деревья выращивались в кадках, для того чтобы летом украсить французский парк, то в 19 веке использование оранжереи стало носить более утилитарный характер – в ней выращивали тропические фрукты к графскому столу. В 1920 — 1930-ых годах здесь размещалась снайперская школа, а с 1937 года – Государственный музей керамики, который теперь занимает также реконструированную в 1980 году американскую оранжерею.

        Государственный музей керамики – единственный специализированный музей в России, где собраны произведения керамики, фарфора и стекла многих стран Европы и Востока с древнейших времен до наших дней. Собрания западноевропейского и русского фарфора, стекла и керамики, работ современных художников являются одними из крупнейших и лучших в России. Музей керамики был создан на основе национализированного в конце 1918 г. лучшего в Москве собрания русского фарфора А. В. Морозова, насчитывавшего более 2600 произведений. Коллекции музея пополнялись поступлениями из хранилищ Государственного музейного фонда Москвы и Ленинграда, созданных на основе частных коллекций, из расформированных 1-го Пролетарского музея, Румянцевского музея, Музея мебели. Это были предметы из собраний Юсуповых, Д. И. Щукина, С. А. Бахрушина, М. П. Рябушинского, Г. А. Брокара. Ценные экспонаты, например, предметы царских сервизов, были переданы из Государственного Эрмитажа, Оружейной палаты Московского Кремля, Русского музея, а также из Политехнического музея, музея Строгановского училища и др.

        В 2014 года в отреставрированной Большой каменной оранжерее открылась новая выставка: «Ода стеклу».

        К восточной части регулярного парка примыкал так называемый Воздушный театр. Петр Борисович был страстным любителем театра и владельцем одного из лучших домашних театров. Усадьба Кусково использовалась хозяином только летом, поэтому и театральные постройки были летними. В английском парке это была постройка из дерева, и спектакли там шли в плохую погоду. А Воздушный театр представлял собой открытую театральную площадку для представлений на воздухе.

      В 18 веке за Итальянским домиком располагался маленький огороженный садик с четырьмя небольшими партерами и фонтаном в центре. Садик украшали апельсиновые деревья в кадках и мраморные скульптуры, символизирующие времена года. За садиком находился Воздушный театр. Он был построен в 1763 году. Все элементы этого необычного театра — амфитеатр, графская ложа, зрительный зал, сцена, оркестровая яма — были созданы с помощью дерна, деревьев, кустарников, а также посадок малины и клубники.

        В планах реставрации усадьбы предусматривается восстановление этого уникального театра с максимальным сохранением существующих элементов микрорельефа и старых деревьев.

        Вот мы и подошли вплотную к небывалой для того времени истории любви, любви сына Петра Борисовича Николая и крепостной актрисы Прасковьи Ковалевой.

         В 18 веке театр был модным развлечением. Многие богатые люди в империи имели свои домашние театры. Театр Шереметева был, как сказали бы сейчас, самым профессиональным. С детского возраста отбирались талантливые крестьянские дети, которых обучали принятым в то время приемам сценического искусства. Расцвет театра пришелся на конец 18 века, когда делами театра занимался Николай Петрович Шереметев, человек мечтательный, увлекающийся и страстный. Крепостных актеров обучали не только сценическому искусству лучшие российские профессиональные актеры и драматурги. Балету их учили балетмейстеры из Франции и Италии, вокалу — итальянцы, игре на музыкальных инструментах и нотной грамоте — немцы, крепостные изучали иностранные языки у гувернанток, выписанных из Франции, Италии и Германии. Представлениями крепостного театра Шереметевых восхищались все, кто на них побывал, включая императорских особ и представителей царствующих фамилий Европы. Но актеры всю свою жизнь оставались «рабами» своего хозяина. За провинности их наказывали почти так же, как и остальных крестьян. Их, конечно, не били батогами, но могли посадить в чулан на хлеб и воду, заставить часами стоять на коленях. Представьте, как это было унизительно для прекрасно образованных и талантливых людей.

       Звездой первой величины шереметевского театра была Прасковья Ковалева, дочь графского крепостного кузнеца Ивана Степановича Ковалева-Кузнецова-Горбунова. Что ж, в ту пору «подлый люд» не имел фамилий в принятом сейчас смысле. Были прозвища, образованные от внешних данных, имен родителей, рода занятий. Так что отца Прасковьи, скорее всего, звали Ванька Кузнец или Коваль или Горбун (у кузнецов часто были необычные фигуры с мощным торсом и деформированные позвоночники). По крайней мере, Прасковья начала свою театральную карьеру с фамилией Горбунова, потом – Ковалева, а уже потом с легкой руки графа Николая Петровича стала Жемчуговой из-за ее необыкновенного «жемчужного» голоса. Справедливости ради следует сказать, что граф поменял многим своим лучшим актерам мужицкие фамилии на более благообразные – Изумрудовы, Яхонтовы и т. п.

            В семилетнем возрасте Прасковья была взята из семьи на воспитание княгиней Марфой Михайловной Долгорукой, жившей в Кусково в качестве престарелой приживалки Шереметевых. У девочки рано обнаружились способности к музыке, и её начали готовить для труппы крепостного театра: учили политесу, вокалу, нотной грамоте, сценическому искусству, иностранным языкам. С 15 лет она блистала на сцене театра Шереметева. Прасковья обладала необыкновенно красивым лирическим сопрано. Не слишком красивая внешне, она преображалась на сцене и была необыкновенно хороша и в комических, и в драматических ролях. Вот в нее-то и влюбился граф Николай Петрович Шереметев – один из богатейших людей империи, одаренный царскими милостями и ведущий свою родословную от общего предка с царствующим домом Романовых!

         Как началась эта любовь не известно. Никаких достоверных записей, никаких документов. Существуют только легенды. По одной, самой нереальной, молодой двадцатичетырехлетний граф услышал пение семилетней воспитанницы Марфы Долгорукой и, не видя девочки, влюбился в ее голос. По другой, самой романтической, любовь зажглась в сердце Николая Петровича несколькими годами позже: граф повстречал прекрасную поселянку, возвращаясь с охоты, заговорил с ней и почувствовал необыкновенное родство душ с этой образованной и воспитанной девушкой. Эта легенда родилась от того, что Прасковье Жемчуговой традиционно приписывается авторство песни «Вечор поздно из лесочку я коров домой гнала…». Считается, что сюжет песни автобиографичен и в романтической форме рассказывает о первой встрече Прасковьи с графом. Но скорее всего любовь Николая Петровича возникла, когда девушке исполнилось 15 лет, и она триумфально исполнила роль Элианы в опере Гретри «Самнитские браки».

         Обычная для той поры история. Молодой барин влюбился в красивую крестьянскую или дворовую девку. Ну «пошалили» они какое-то время. А потом барин уезжает в столицу делать карьеру или женится на достойной девице из добропорядочной семьи. А прежнюю пассию выдают замуж за пожилого вдовца, в лучшем случае снабдив приличным приданным. Дети, рожденные от этой связи, остаются крепостными и могут рассчитывать, если барин добрый, что их обучат грамоте и возьмут в личные лакеи или горничные к законным детям барина.

         В случае Шереметева и Жемчуговой все пошло не так. Девушка была не так уж и хороша собой. Зато обладала такой же страстной и романтичной натурой, как и ее возлюбленный, благодаря образованию могла поддерживать его увлеченность искусством. Чувства Шереметева к Жемчуговой были нежными и страстными. Наблюдая за девушкой, он отмечал ее добродетельный ум, человеколюбие, искренность, верность, постоянство и привязанность к святой вере. Шли годы, а влюбленные не расставались. В английском парке недалеко от деревянного театра стояла старая мыльня, сейчас бы ее попросту назвали банькой. Николай Петрович перестраивает баньку под жилой домик, куда и переезжает Прасковья Жемчугова. Обстановка в домике была крайне простой, даже аскетичной. Единственной роскошью в этом доме были картины и зеркало, подаренные графом. Тем не менее, Николай Петрович проводит все свое свободное время в этом домике с любимой Парашей. Позже он строит для Прасковьи Ивановны дворец в Останкино…

          Граф не только не бросает возлюбленную, но и начинает хлопотать о разрешении на брак – вещь просто немыслимая для 18 века! Прасковью Ивановну ненавидят все. Мужики, дворня и актеры шереметевского театра считают ее выскочкой, незаслуженно ставшей «барыней». Свет вообще не приемлет такого мезальянса, тем более что вокруг так много достойных барышень из приличных семейств. В одном из писем Николай Петрович пишет, что опасается отравления, и снова обращается за разрешением на брак к императору Павлу. Павел восхищался голосом и игрой Прасковьи Ивановны, как, в прочем и его матушка Екатерина II, подарившая ей после одного удачного спектакля кольцо с бриллиантом со своей руки. Но Павел разрешения не дает, хотя всячески продвигает по службе графа: Шереметев становится командором мальтийского ордена, обер-камергером, назначается директором над театральными зрелищами. В 1797 году император Павел жалует Николаю Петровичу звание обер-гофмаршала и требует его присутствия в Петербурге. Граф уезжает в столицу с Жемчуговой. Длительные душевные переживания и сырой климат Петербурга сделали свое дело: у Прасковьи Ивановны обострился туберкулез, и она потеряла голос. Но граф не оставляет любимую женщину. В 1800 году он выходит в отставку, а в 1801 году венчается с Прасковьей Ивановной. Нет однозначного мнения, получил ли он, наконец, разрешение на брак от нового императора Александра I или брак был тайным. Но перед свадьбой граф дал вольную не только своей невесте, но и всей ее семье. А еще подоспели документы, согласно которым Прасковья Ивановна происходила из рода польских шляхтичей Ковалевских. Наверное, это было не трудно: Жемчуговой восхищался последний польский король Станислав II Август Понятовский, и память об этом хранили его приближенные.

         3 февраля 1803 года Прасковья Ивановна родила сына, которого назвали Дмитрием, а спустя три недели скончалась. Последние дни жизни она находилась в горячке, постоянно бредила, искала в бреду то своего новорожденного сына, то «любезного Николая Петровича». Сам Николай Петрович все эти дни не отходил от постели умирающей. «Жития ей было 34 года, 7 месяцев, 2 дня». Николай Петрович прожил еще шесть лет. Он добился у императора признания Дмитрия законным наследником и передал ему фамильный девиз: «Бог сохраняет всё».

      Вот такая «love story» — чистая, прекрасная и трагичная. Удивляюсь тому, что наши кинематографисты еще не сняли по ней сериал. Нам остается только запомнить лица этой необыкновенной четы, такие, какими их изобразил крепостной художник графа Шереметева Николай Иванович Аргунов.

        Но вернемся в Кусково. Наследником Николая Петровича Шереметева и, следовательно, владельцем Кусково был единственный сын Дмитрий. В 1823 году Дмитрий Николаевич поступил в Кавалергардский полк. Николай I пожаловал ему чин камергера, а Александр II — гофмейстера. В 1849 Дмитрий году вышел в отставку, занимался благотворительной деятельностью. Выполняя волю отца, он был попечителем Странноприимного дома, возведенного в память Прасковьи Жемчуговой, оказывал значительную материальную помощь церквам и монастырям, Петербургскому университету, различным гимназиям и приютам.

         Последним владельцем усадьбы до революции 1917 года был Сергей Дмитриевич Шереметев — сын Дмитрия Николаевича от первого брака с Анной Сергеевной Шереметевой. После окончания пажеского корпуса он, как и отец, поступил на службу в Кавалергардский полк. В 1868 году был назначен адъютантом к наследнику престола, будущему императору Александру III. В чине полковника участвовал в русско-турецкой войне 1877-1878 годов и был награждён орденом Святого Владимира 3-й степени с мечами. С. Д. Шереметев был начальником Придворной Певческой Капеллы, действительным тайным советником, Московским губернским предводителем дворянства, председателем Комитета попечительства о русской иконописи. Сергей Дмитриевич был известным историком, руководителем Общества любителей древней письменности, Русского генеалогического общества, создателем общедоступного музея в Остафьеве. Именно при нем в Кусково возникает последняя усадебная постройка – швейцарский домик.

          Во второй половине 19 века время пышных праздников в Кусково миновало. Английский парк постепенно приходил в упадок и, как я писала ранее, в начале 20 века был продан под дачные участки.  Вместо пышных балов и театральных представлений последний владелец Кусково предпочитал заниматься благотворительностью и наукой. И хотя Сергей Дмитриевич, как и его предки, любил Кусково, жить в летний период в Большом дворце не хотел. Именно для жилья и был построен швейцарский домик. Домик в стиле альпийского шале возведен по проекту основателя художественной династии Бенуа – Николая Леонтьевича Бенуа. Деревянный дом необычен тем, что стены первого этажа расписаны «под кирпич», а второй украшает резьба по дереву. Второй этаж благодаря большому балкону, расположенному по всему периметру сооружения, как бы нависает над первым и служит ему своеобразной террасой. Двускатная крыша в свою очередь тоже выступает со всех сторон, прикрывая резной балкон. Крыша опирается на фигурные балконные колонны, а по всему периметру ее украшает ажурная резьба. Сейчас в домике разместилась Дирекция музея Кусково.

        Рассказывая о Кусково нельзя не упомянуть усадебный храм. Храм Всемилостивого Спаса (Происхождения Честных древ Животворящего Креста Господня) – самая старая постройка на территории усадьбы. Он построен Гавриилом Григорьевичем Зубовым, «церковного здания мастером», крестьянином деревни Маурино села Захарьина Костромского уезда. Граф Петр Борисович Шереметев, вступив в права наследства после смерти отца, начал реконструкцию усадьбы Кусково именно с постройки нового каменного храма на месте обветшавшего деревянной приходской церкви Спаса Всемилостивого, известной во владении Шереметевых с 1624 года. Строительство летней каменной однопрестольной церкви Спаса Всемилостивого в стиле аннинского барокко было завершено в 1739 году. Единственный престол церкви был освящен в честь Происхождения Честных Древ Животворящего Креста Господня. По легенде, во время поездки по Европе Борис Петрович Шереметев посетил Ватикан, где имел аудиенцию у Папы Римского. Папа подарил Шереметеву золотой крест с частицей Древа Животворящего Креста. Старый граф завещал перед смертью святыню сыну, а тот в свою очередь хранил ее в алтаре кусковского храма. К сожалению, следы святыни, если легенда была правдивой, теряются во времени.

         Стоящая рядом колокольня со шпилем возведена в 1793 году в стиле классицизма. Архитекторами колокольни были также крепостные Шереметевых: Григорий Ефимович Дикушин и Алексей Федорович Миронов.

         За свою почти 280-летнюю историю храм ни разу не перестраивался и дошел до нас почти неизменным. Его интерьер сохранил гармоничное архитектурное пространство и световоздушную среду барочной архитектуры. Сейчас храм вновь освящен и в нем хоть и не часто, но проводятся службы. А над куполом парит белокрылый Ангел, осеняющий мир крестом, словно подтверждая девиз рода Шереметевых — «Бог сохраняет всё».

03.02.2018

Поделиться в соц. сетях

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *