ЛЕВ НИКОЛАЕВИЧ КЕКУШЕВ. ОСОБНЯК НОСОВА

 ЛЕВ НИКОЛАЕВИЧ КЕКУШЕВ. Особняк Носова.

      На углу Малой Семеновской и Электрозаводской улиц стоит уникальный для столицы особняк. Его уникальность многогранна. Во-первых, это один из немногих деревянных особняков начала 20 века, сохранившихся в Москве, во-вторых, построен особняк в стиле модерн и в нем частично сохранились интерьеры, а в-третьих, построен он замечательным архитектором Львом Николаевичем Кекушевым. Это особняк купца первой гильдии, потомственного почетного гражданина Василия Дмитриевича Носова.  Носов был владельцем расположенной по соседству фабрики Промышленно-Торгового товарищества Носовых (Малая Семёновская, 5—7), славившейся качеством своей шерстяной текстильной продукции: платками, пуховыми одеялами и сукном для обмундирования.

        Считается, что Носовы происходили из Ейских купцов, хотя скорее всего они были коренными москвичами. Просто по Указу Николая I от 1850 года старообрядцы, а именно старообрядцы были наиболее успешными купцами империи, не могли приписаться к московскому купечеству. Вот многие купцы и приписывались к провинциальному купечеству, а потом уже вели свои дела и в столицах. Кстати, Рябушинские тоже гильдейское свидетельство получали в Ейске – так было дешевле и не противоречило указу императора.

       Братья Василий и Дмитрий Носовы организовали в 1880 году «Промышленно-торговое товарищество мануфактур братьев Носовых». Руководил делом сын одного из братьев Василий Дмитриевич Носов. В 1880-ые он выкупил у некоего купца Н. О. Жучкова рядом с фабрикой большое владение на углу Малой Семеновской и Лаврентьевской, ныне Электрозаводской, улиц и построил для себя и своей семьи большой дом, разбил сад и завел  хозяйственный двор. Просторный каменный дом был построен по проекту П. Щеголева на фундаменте более ранней постройки 1870 года, вероятнее всего жилого дома прежнего владельца Жучкова.

  

     Василий Дмитриевич был тем типом предпринимателей-производственников, который позднее сменился предпринимателями-финансистами, которые обладая капиталами, приглашали для руководства производством специалистов-инженеров. Носов досконально знал свое дело. Его фабрика была светлым, современным, хорошо оснащенным производством. Он любил ходить по фабрике и вникать во все процессы. Носов терпеть не мог халтуры и неопрятности в работе, при этом заботился об условиях труда своих рабочих и технике безопасности. За это рабочие фабрики старика уважали.

      Фабрика Носова функционировала и после национализации в 1918 году под названием «Освобожденный труд». Рядом располагался «ЦНИИшерсть» с опытным производством. Некоторые здания носовской фабрики сохранились до сих пор. Сейчас они сдаются в аренду.

       Василий Дмитриевич рос вместе с фабричными ребятишками и с детства приобщился, как теперь сказали бы, к здоровому образу жизни. Каждое утро он обливался холодной водой, был страстным охотником и мог часами в любую погоду бродить по лесу в поисках добычи, в преклонном возрасте играл с внуками в чехарду и другие подвижные игры. Носову не чужды были современные на ту пору технические новинки, среди которых была фотография: Василий Дмитриевич увлекся фотографией и в семейных архивах сохранилось большое количество семейных снимков. Василий Дмитриевич часто дарил внукам механические игрушки. Он хорошо рисовал, часто сам делал рисунки для одеял, выпускаемых на его фабрике.

         Женат Носов был на Клавдии Дмитриевне Жучковой, то ли родственнице, то ли однофамилице прежнего владельца участка на Малой Семеновской. У супругов родилось семеро детей — сын Василий и шесть дочек: Екатерина, Варвара, Татьяна, Вера, Софья и Августа. Все девочки получили, как тогда принято было в купеческой среде, отличное домашнее образование. Только любимица родителей Верочка, настояла на своем, и ее отдали в казенную 2-ую московскую женскую гимназию. Когда младшенькой Августе исполнилось 4 года Клавдия Дмитриевна неожиданно сошла с ума и вскоре скоропостижно скончалась. Немногословный от природы Василий Дмитриевич стал еще более замкнутым и еще более немногословным. Второй раз Носов не женился, а стал сам заниматься воспитанием детей.

         Хозяйство в доме вели старшие дочери, а когда очередная дочь выходила замуж, ведать хозяйством в отчем доме начинала следующая по старшинству. Младшая Августа Васильевна так и осталась жить в этом доме с отцом незамужней. Выбор своих вторых половинок детьми почти всегда огорчал Носова. Он не любил свою сноху Евфимию Павловну, урожденную Рябушинскую (но об этом чуть позже), не одобрял брака старшей дочери Екатерины и мелкопоместного дворянина Сергея Николаевича Силина, и особенно, дочери Варвары и князя Енгалычева. Будучи человеком достаточно консервативным во всем, что касалось семьи и брака, Василий Дмитриевич считал, купеческие дочери должны выходить замуж за купцов, а купеческие сыновья – за купеческих дочерей. Остальные браки он считал неравными. Но видя, как счастливы его дочери в браке, Носов смирился с их выбором, принял зятьев, обожал внуков. Самым беспроблемным во всех отношениях стал брак дочери Веры – она вышла замуж потомственного почетного гражданина, мануфактур-советника Алексея Александровича Бахрушина.

        Казалось бы, выбор супруги сыном Василием соответствовал взглядам на брак Василия Дмитриевича Носова, но он был не доволен этим выбором. Тому были причины. Во-первых, скандальные подробности семейной жизни отца снохи Павла Михайловича Рябушинского (развод с первой женой, что неприемлемо для старообрядцев, повторная женитьба на невесте брата), во-вторых, слишком экстравагантный, эмансипированный образ жизни самой Евфимии Павловны. Последняя была женщиной красивой, яркой, любящей нравится, энергичной, даже властной. Она коллекционировала русскую живопись 18 — начала 19 веков, устраивала в своем доме модный художественный салон. Это не соответствовало жизненному укладу свекра. Причем до такой степени, что после свадьбы сына в 1902 году Василий Дмитриевич не пожелал оставаться в его семье. Он отдал ему старый каменный дом, разделил большой сад пополам и начал строить на своей половине сада новый дом.

        Вот мы и переходим к творению Льва Кекушева. Проект нового особняка Носов заказал ему в 1902 году.  В феврале 1903 года Кекушев подал на утверждение в городскую управу проект деревянного дома, выполненный в подражание американским коттеджам с фахверковым декором, островерхими щипцами и шатровой башенкой, дом предполагался каменным. Носову проект не очень понравился, он попросил переделать проект, к тому же хотел дом построить как можно быстрее и в дереве. Второй проект тоже не устроил Носова, и только третий был реализован. Дом был построен действительно очень быстро — всего за 10 месяцев. В результате получился двухэтажный деревянный особняк на каменном полуподвале, с обширными террасами, фигурными козырьками, резным деревянным декором, т.е. то, что мы можем видеть сейчас.

         Главный фасад здания был украшен открытой деревянной террасой с резным декором, к которой сбоку вели два крыльца. Другие два входа в дом были сделаны на боковых его фасадах.

 

 

        Особняк был разделён на мужскую и женскую половины: на первом этаже размещались комнаты хозяина и прислуги, на втором — его дочерей. Долгие годы тут жила младшая дочь Августа. Василий Дмитриевич никогда не устраивал пышных званных вечеров и балов, поэтому в доме не было ни бальной залы, ни музыкального салона. Но на первом этаже есть две комнаты слева от главного входа, предназначенные для праздников: малая гостиная…

 

….и большая гостиная, выполнявшая функции парадной столовой.

       Именно в этом помещении на святках, на масленице, и в другие семейные праздники у Носова обязательно бывали семейные обеды. Присутствовало на них все многочисленное семейство: дочери с мужьями, сын с женою и внуки с внучками. На святки заботами Августы Васильевны сооружалась огромная елка и накупалась масса сладостей для детей и подарков для взрослых.

        Масленичная трапеза длилась часами. На ней подавались блины на всякие вкусы и особые фирменные носовские блюда, которые готовились здесь же, расположенной на первом этаже кухне. Несмотря на свое старообрядчество, Василий Дмитриевич не чурался алкоголя: на столе рядом с водкой стояла старка и красное вино любимой Носовым марки. В кухне, которая сейчас выполняет функции административного помещения, Кекушев использовал для напольного покрытия немецкую метлахскую плитку, имитирующую римскую мозаику.

       Интересно что, заказывая архитектору особняк, владельцы часто оговаривали создание не только определенной планировки и экстерьера дома, но и его интерьеры, включая мебель. Так и в особняке Носова Кекушевым оформлены не только лестницы, камины, оконные и дверные проемы, но и светильники, и мебель. Не знаю, были ли еще какие-то предметы мебели, изготовленные по рисункам Кекушева в доме Носова, но в гостиной-столовой сохранились два буфета выполненные по рисункам Льва Николаевича в стиле рационального модерна.

  

        Через парадный вход, выполненный типичной стилистике модерна, посетители особняка попадали в сени-вестибюль, где сохранились вешалки для верхней одежды, так же выполненные по рисункам Кекушева. Следует отметить, что швейцара или специального лакея на входе у Носова не было – все гости и посетители снимали пальто сами.

 

   

      Справа от вестибюля располагались кабинет Василия Дмитриевича и его спальня. В кабинете сохранились некоторые личные вещи Носова: рабочий стол, пальто, охотничьи трофеи, рекламная полиграфическая продукция конца 19 века.

 

      А в спальне хозяина дома никаких мемориальных предметов и деталей обстановки не сохранилось.

 

      Из спальни можно было попасть в маленькую комнату, под черной лестницей. Здесь то ли жили слуги, то ли была ванная, что более вероятно. Кстати, отдавая дань своему пристрастию ко всему новому, Носов оснастил свой дом всеми последними достижениями комфорта – централизованным водяным отоплением, горячей и холодной водой из кранов, канализацией. Так что наличие ванны в этом небольшом помещении вполне вероятно.

        Двухмаршевая парадная лестница с резными перилами вела на женскую половину, т. е. на второй этаж.

 

 

       Потолок лестничного холла расписан в билибинском стиле: змей Горыныч и птицы-сирин на потолке и древнерусские ладьи на фризе.

 

       На лестничной площадке между этажами нас приглашает отдохнуть типичная для модерна деревянная скамья.

        На втором этаже расположены гостиная, в которой часто вся семья пила чай из самовара, комната для рукоделия, несколько спален, включая спальню Августы Васильевны и ее рабочая комната (если угодно – будуар), в котором сохранились личные вещи младшей дочери Носова.

 

 

   

 

       Чтобы в полной мере насладиться мастерством Кекушева-дизайнера интересно сравнить однотипные элементы интерьера дома Носова. Прежде всего рассмотрим удивительной красоты камины, украшенные майоликовой плиткой и медью. Всего каминов в доме три: в гостиной-столовой…

 

… в кабинете Василия Дмитриевича…

     

… и в будуаре Августы Васильевны.

       В отделке интерьеров дома Носова Кекушев использовал много дерева: деревянные панели в холлах и гостиной-столовой…

…парадная и черная лестницы…

 

  

… оригинальные двери и дверные проемы….

 

 

   

…оконные рамы и карнизы для штор…

 

… вешалка под черной лестницей.

 

       В особняке Носова сохранились оригинальные светильники, выполненные по эскизам Льва Николаевича. Утраченные стеклянные детали бережно восстановлены по рисункам и фотографиям начала 20 века.  Ну и, естественно, в них вставлены уже современные лампы. Некоторые светильники я фотографировала при включенном свете и без него, чтоб вы смогли ощутить их гармонию в любое время дня.

 

 

 

 

 

  

 

     Впрочем изящество и гармония ощущаются во всем, даже в таких, казалось бы, незначительных элементах декора, как оконные и дверные ручки…

  

…вентиляционные решетки…

 

… или мелкие металлические детали декора.

  

        Поражает вкус Кекушева и его чувство гармонии, с которыми архитектор связал внешний вид особняка с внутренним пространством. Когда смотришь из окон дома, то ажурная терраса с балконом выглядят как продолжение интерьера.

    

  

        Рука мастера чувствуется во всем. Кстати, в советское время терраса и балкон были застеклены. Вот так особняк Носова выглядел в 1980-ых годах.

      Лев Николаевич участвовал в реконструкции и перестройке первого каменного дома Носова по заказу его снохи Евфимии Павловны, когда та решила преобразовать старый дом в современный светский салон. Вместе с Кекушевым над перестройкой дома трудились архитекторы Александр Наумович Агеенко, Иван Владиславович Жолтовский и художники Мстислав Валерианович Добужинский и Валентин Александрович Серов.

           В 1918 году особняки Носовых национализировали, как и фабрику. Обе семьи выселили. Дом Василия Васильевича до 1935 года сохранялся в неизменном виде, благодаря тому, что в нем был открыт Пролетарский музей Благуше-Лефортовского района. Но затем особняк отдали под районный Дворец пионеров, подвергли перепланировке, увезли куда-то зеркала и люстры, сбили лепнину и закрасили росписи. С 1962 до 1997 года в доме вновь размещался музей, на этот раз музей краеведения Первомайского района. С конца 1990-ых годов после того, как музей переехал в другое здание, дом стал практически недоступен. Судьба интерьеров особняка «серебряного века» неясна, хотя известно, что часть росписей и отделки утрачены безвозвратно.

      В деревянном шедевре Кекушева сначала располагался детский сад, потом общежитие рабочих ткацкой фабрики, потом НИИ «Шерсть». В 1989 году дом передали Государственной республиканской юношеской библиотеке – здесь разместился нотный отдел. За все эти годы были утрачены некоторые элементы отделки дома, застеклена веранда, снесены веранда и крыльцо с южной стороны, утрачена оригинальная ограда с декором в виде виноградных лоз.

        В 1991 году началась реставрация здания, которая длилась с перерывами до 2009 года. Правда, искусствоведы, в частности Мария Владимировна Нащокина, отнеслись к этой реставрации критически, указывая на то, что замена наружного деревянного декора проведена «с обидно низким качеством, серьёзно снизившим общее впечатление от постройки, ведь работа Кекушева с деревом всегда отличалась как раз обратным — высочайшим качеством отделки». В 2012 году появились проблемы с кровлей – начались протечки, локальные точечные ремонты не помогали. На фасаде появились трещины, места с осыпающейся штукатуркой, особенно пострадали восточный и северный фасады. Деревянный декор из-за нарушения лако-красочного слоя начал подгнивать и фрагментами требовал замены. В 2015 году была проведена покраска и ремонт оштукатуренной поверхности фасадов, деревянные конструкции фасада, кровли и террасы были обработаны огнезащитными и антисептическими покрытиями, выполнена гидроизоляция здания. Окружающая дом ограда появилась в 1994 году по современным рисункам, стилизованным под модерн. Получилось неплохо, хотя, конечно, можно было бы восстановить и первоначальный вид ограды.

     Сейчас кроме нотного отдела в особняке Носова располагается молодежный историко-культурный комплекс, который открыт для всех, кто интересуется историей отечественного предпринимательства, модерном как художественным стилем, культурой «серебряного века». Здесь размещены историко-документальные экспозиции, посвященные семье Носовых, творчеству архитектора Л. Н. Кекушева, тематические экспозиции музейно-выставочного центра «История отечественного предпринимательства».

      В особняке проходят кинопоказы, литературно-музыкальные вечера, концерты камерной музыки, выступают молодые исполнители, организуются художественные выставки. Но, наверное, главное для всех интересующихся вопросами истории и архитектуры это то, что сейчас многие турагенства организуют в особняк Носова экскурсии по выходным, на которых можно узнать много интересного о жизни семьи Носовых и насладиться архитектурным шедевром гениального Кекушева.

  12.01.2020

 

Поделиться в соц. сетях

0

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *